Потирает переносицу:
— Смотрю, тебя воспитывать больше некому? Тогда этим займусь я, — он устремляет на меня яростный взгляд. — Ещё хоть раз увижу тебя с сигаретой, получишь по заднице. Поняла меня?
Дверь откроешь — по заднице, с сигаретой — по заднице… У него все одно.
Молчу, раздосадовано думая, что он похоже только грозиться горазд, а исполнять свои угрозы и не собирается.
— Иди ко мне, — требует он, маня пальцами.
Не раздумывая подхожу ближе, становясь между его раздвинутых бёдер. Большие ладони вдруг ложатся на мою талию, и скользят вниз. Его пальцы обшаривают карманы моего халата и бесцеремонно ныряют под полы.
Стою, не смея пошевелиться. Мужские руки ощупывают шорты, как бы невзначай скользя шершавыми пальцами по обнаженной коже.
— Где остальное? — хрипит он, поднимая на меня взгляд, но так и не отрывая ладони от моих бёдер.
— Ч-что?
— Остальные сигареты? — рявкает он, и будто бы не нарочно стискивает руки, сминая мою плоть.
— Больше нет, — мямлю я.
— Не ври мне, — одергивает, сжимая мои бедра до сладкой боли. — Я же чувствую, что от тебя пахнет табаком.
— Разве? — не могу удержаться от провокации.
Ярослав Сергеевич дергает меня на себя, утыкаясь носом в мою шею. Зарывается лицом в мои волосы, оцарапывая мою кожу своей грубой щетиной.
— Я же чувствую, — рокочет он рядом с моим ухом.
Должно быть все дело в том, что мне пришлось сходить в эпицентр больничной курилки, чтобы раздобыть заказ бабы Веры. Однако мне почему-то пока вовсе не хочется признаваться в том, что сама я не курю. Да и спалить свою заказчицу никак не могу.
— Правда больше нет. Закончились, — шепчу тихо. — Может угостите, Ярослав Сергеевич? Курить так хочется…
Он прихватывает мои волосы и притягивает меня к своему лицу, утыкаясь своим лбом в мой:
— Маленькая врушка, — выдыхает в мои губы.
Ну наконец-то…
Ярый рвано выдыхает, будто получил удар под дых. Глядит на меня во все глаза будто как-то взволнованно:
— Я тебя не трону, — цедит грозно.
— Почему?
— Потому что себе дороже связываться с неопытными малолетками.
Так и думала, что в этом будет проблема.
— Так я ж вроде опытная, — вру снова, лишь бы он не сорвался с крючка раньше времени.
— Пара перепихонов ещё не делает тебя опытной соблазнительницей. Стоит к тебе приблизится и это становится слишком очевидно. Ты дрожишь как осиновый лист.
— Ничего я не дрожу, — выдавливаю обиженно, чувствуя, что его интерес ко мне тает с каждым произнесенным им словом.
И это он еще не знает, что я девственница, иначе вообще разговаривать бы не стал.
