Едва Ник появляется в аудитории, сердце привычно ускоряет ход. Он одет в тонкий черный свитер, подчеркивающий волну плеч, и идеально сидящие темные джинсы. Есть еще одна существенная деталь —сегодня на переносице у него красуется стильная черная оправа, придающая ему какую-то особую кричащую сексуальность. Это просто противозаконно быть таким… охренительным.

Кажется, я не единственная, кто оценил новый аксессуар красавца-преподавателя, потому что, как и в первый день, в аудитории не стихают восторженные женские шепотки.

— Здравствуйте все, — слегка повышает голос Ник, облокачиваясь на стол. — Рад вас всех снова видеть.

Он обводит глазами ряды и останавливается на мне, слегка дергая уголки губ вверх, от чего мое наивное сердце начинает радостно трепыхаться в груди.

— Итак, сегодня мы поговорим об инфляционных рисках…

После лекции на Ника, по обыкновению, сыплется толпа фанаток, чтобы взять у него очередное бестолковое интервью, но он их разворачивает, говоря, что сегодня сильно торопится.

Не хочу, но прослеживаю взглядом его удаляющуюся фигуру и подобно сталкеру выглядываю в окно, выходящее на парковку. Ник появляется через минуту, направляясь к свой спортивной машине. Словно удар в грудь — покачивая бедрами, обтянутыми бандажной юбкой, к нему подходит эффектная блондинка и целует в щеку. Она не похожа ни на одну их наших студенток. Эта женщина их тех, кто одевается элитных бутиках и полдня проводит в спортзалах и салонах красоты, оттачивая свое совершенство.

Ник открывает для нее дверь, и она опускается на кожаное сидение, эффектно перекидывая в салон длинную загорелую ногу. Почему так больно щемит в груди? Какое мне вообще есть дело, с кем он проводит свободное время? У меня есть муж, а Ник свободен и не обязан хранить мне верность.

Они уезжают вместе, а все еще стою у окна и жду, когда в носу перестанет щипать.

Когда я возвращаюсь домой, Джейка нет. Вместо него, на экране моего мобильного мигает сообщение, что он задержится на работе допоздна. Разогреваю на ужин вчерашнюю индейку с овощами и, проглотив ее в одиночестве, ложусь спать. На следующий день повторяется то же самое: Джейк сетует на рабочий завал и задерживается почти до полуночи.

В пятницу я заезжаю навестить маму, и покидаю родительский дом с пакетами, забитыми контейнерами с едой. Джейк пишет, что до сих пор работает, и я решаю приехать к нему самой, чтобы, по крайней мере, накормить.

Пока поднимаюсь в лифте на шестой этаж, где располагается фирма мужа, в голову закрадывается идиотская мысль, что застану его, занимающегося сексом с любовницей на рабочем столе. Быстро гоню ее, упрекая себя, что сужу мужа по собственному кривому шаблону.

В коридорах офиса царит темнота, и лишь из дальнего кабинета тонким лучом сочится свет.