Во-первых, каждая из присутствующих на любую произнесенную Ником фразу норовит выдать какой-нибудь тупой комментарий, догадываюсь, для того, чтобы обратить на себя внимание. Это ужасно меня злит, словно после того, как его язык побывал у меня во рту, я получила какие-то права на этого мужчину.

А во-вторых, я не улавливаю ничего из того, что он говорит, потому что не могу перестать его разглядывать. Более того, когда в середине лекции он снимает пиджак, мой голос позорно вливается в волну восторженного «ахх», потому что под голубой рубашкой угадывается такой рельеф, что Энтони Фрейзер, признанный бодибилдер нашего факультета, обреченно всхлипывает и залпом осушает свой шейкер с протеином.

Когда лекция заканчивается, я быстро скатываюсь по ступенькам к выходу, боясь, что вновь столкнусь с насмешливым взглядом нового преподавателя, от чьих рук получила сильнейший оргазм. Мои опасения оказываются напрасными, потому что Ника уже окольцевала томно щебечущая армия моих однокурсниц, из-за которой его практически не видно.

Кое-как отсидев следующие лекции, тащусь на парковку и ныряю в свою криво припаркованную старушку.

Прикладываюсь лбом к рулю, как если бы устаревшая модель японского автомобильного концерна могла поделиться со мной мудростью, как провести целый семестр в одном помещении с человеком, с которым я едва не изменила собственному мужу и с которым мысленно занималась сексом в минимум десяти жарких позах, подсмотренных в порно.

Так и не получив вразумительного ответа на свой вопрос, отлепляю голову от пыльного пластика и и поворачиваю ключ в личинке зажигания. В ответ раздается натужное пыханье двигателя, которое через пару секунд обреченно обрывается на самой минорной ноте.

Пробую еще, но результат остается тем же. Кажется, моя старушка, наконец, сдохла.

Звонить Джейку и дергать его с работы не вариант, потому что он понимает в машинах еще меньше, чем я. Вызывать службу эвакуации на переполненную парковку тоже не хочется, поэтому я вздохом вылезаю из-за руля и плетусь на автобусную остановку. Кажется, мне снова нужно привыкать передвигаться на общественном транспорте.

На середине пути меня меня догоняет настойчивый сигнал клаксона.

Я специально не оборачиваюсь, потому что не хочу выглядеть глупо, если сигналят не мне. Когда звуки не стихают и делать вид, что я их не слышу, становится невозможным, осторожно поворачиваю голову в сторону проезжей части и каменею на месте как пришпоренная лошадь. Потому что с водительского места спортивного кабриолета мне ослепительно улыбается наш новоиспеченный преподаватель.

— Неожиданная встреча, а, златовласка? — ухмыляется Ник, поднимая черную оправу рэй-бенов.