Тем более о бабах.

Хватило мне одной, гори они все в аду.

Зашел в предбанник, где я обитаю последние три дня, на столе грязная посуда, в углу еще семь бутылок водки, но уже воротит от нее. Жадно выпил из ковша, зачерпнув воды из ведра. Лег на топчан, закрыл глаза.

Надо трезветь, приходить в себя и наколоть тетке дров, как и обещал. Не я первый, не я последний, от кого уходит жена. Так ведь и не изменила, просто, видите ли, надоело ей, хочет ярких эмоций, впечатлений, путешествий. Я, оказывается, торможу ее развитие.

Развитие?

А то, что я на работе ебашил с утра до ночи, зарабатывая на нашу, такую, по ее словам, неяркую и скучную жизнь, ее не волновало.

Так я ведь ни разу ее не упрекнул, что не работает, что просто сидит дома, не мешал ее, так сказать, развитию, которое, оказывается, заключается в том, что жизнь надо сделать ярче.

Ну, значит, не судьба. Переживу.

А ведь любил ее как ненормальный, добивался, друзья крутили у виска пальцем. Блондинка с голубыми, как морозное небо, глазами, красивая как снежная королева, а я как дурак стоял рядом с ней.

Ухаживал почти год, предложение сделал, согласилась, так счастлив был, словно миллиард долларов выиграл.

И вот через два года брака наша жизнь оказалась скучной и пресной. И откуда у нее все это взялось? Родители простые люди, как и мои, подружки только курицы, или это был просто предлог уйти к другому мужику?

Стараюсь не думать и не анализировать, но так уж устроен мой мозг, что любому поступку должно быть объяснение и причина. Лучше уж думать о той девчонке в ярком купальнике, она отвлекает, хоть и член стоит колом.

Наверное, заснул, во сне перед глазами снова наглая брюнеточка, ее мокрая и прохладная кожа под ладонями.

Тихий смех, я не могу разглядеть ее лица, потому что она, то запрокидывает голову, то отворачивается.

Хочу поцеловать, попробовать на вкус ее губы, тянусь, но резко просыпаюсь, оттого что меня окатывают холодной водой.

— Денис, проснись, совсем тут одичал, а ну, пойдем ужинать.

Ничего не соображаю, резко сажусь, тетя Марина держит в руках ковш и смотрит с укором. Да, я сейчас ничем не отличаюсь от ее покойного мужа-алкоголика, но черт, это генетика — страшная сила.

— Извини.

— Давай, и хватит, отвел душу, и будет. Девок на свете много, ты парень видный и умный.

В нашей деревне полно молодых, одиноких, девушки что надо, сочные, статные, потом познакомлю, побрить только тебя не мешало бы, а то чистый леший.

— Может, не надо?

— Брить?

— Девок статных и сочных.

— Ой, да потом спасибо скажешь, давай вставай, щей кислых наварила, с похмелья самое оно.

— Щи — это хорошо.

Тетка ушла, хорошая она, добрая, но слишком активная. Наверное, по всей деревне растрезвонила, что приехал любимый племянник с душевной раной, которую срочно нужно зализать. Хотя, может, и обойдётся.