Тарант оглянулся, голос упал до шепота:
— А я уже решил, что заглянет в мешок!
— Да ему надо?
— Тебе ничего, а у меня кувшин с маслом выперло краем!
Фарамунд смолчал,
Бург был настолько просторен, что у Фарамунда разбежались глаза. Через внутренний двор катят огромные бочки, у просторного сарая выгружают телеги, а еще две открытые повозки, доверху нагруженные оленьими тушами, стоят у дверей подвалов. Снизу выскакивают дюжие мужики, стаскивают оленей с таким проворством, словно битую птицу, исчезают во тьме.
Справа деловито стучит молоточек, за ним послушно бухают тяжелые молоты. Фарамунд ощутил запах горящего железа, древесного угля, а ветерок донес вкусный аромат свежего хлеба. Мимо простучала копытами удивительно грациозная лошадь, на Фарамунда взглянули ее коричневые глаза, не по-лошажьи умные. Тащил ее за повод заспанный парнишка, толстый и настолько грязный, что у Фарамунда зачесались руки выхватить повод, вскочить в седло и...
Он вздохнул, опустил голову и постарался сгорбиться. Тарант шаркал ногами, лицо делал глупое. Возле оружейника остановились, раскрыли рты. Притворяться не пришлось: таких мечей, что стоят в углу, как простые палки, нет даже у Свена.
Трое подмастерьев накручивали на стержень проволоку, чтобы получилась длинная спираль, еще один разрубывал по одной стороне. Разомкнутые кольца ссыпали в деревянное ведро, мальчишка бегом, перекосившись в другую сторону, тащил через двор напротив. Там тоже гремели молотки. Фарамунд понял, что именно там кольца собирают в кольчуги, хозяин здешней крепости готовится к серьезной войне.
Фарамунд спросил Таранта шепотом:
— Сколько здесь человек на воротах?
Лицо Таранта тоже было потрясенное, а челюсть отвисла.
— Не меньше двадцати. А то и тридцать.
— Они там и живут в башенках?
— Нет, в схолах.
— В схолах?
— Ну, многие так называют бараки для воинов. Это по-римски.
К ним присматривались настороженно и злобно. Любой человек несет опасность, Тарант старался все время улыбаться, всем кланялся. Двое мужчин загородили дорогу:
— Чем торгуешь, чужак?
— Принесли орехи, масло, — затараторил Тарант, — Благородному Лаурсу должно понравится!
— Будет вами Лаурс заниматься, — буркнул один. Второй шагнул мимо, потеряв интерес к деревенщине, первый поспешил за ним.
Тихохонько прошли к другой лавке, Тарант показал на здание с соломенной крышей, плотно примыкающее к главному дому.
— Стражи спят здесь. Но ворота охраняют круглосуточно. Головорезы, каких свет не видывал.
Фарамунд затаил дыхание. Дверь в дом чуть приоткрыта, в щель даже виден пустой холл. Он оглянулся по сторонам, народу полно, но все заняты своими делами, никто, вроде бы, не смотрит...
