Я бегу обратно в раздевалку, потому что скоро уже должен быть звонок, хватаю телефон из кармана. Так же быстро возвращаюсь, на ходу проверяя сообщения. Ничего.
– Ай! – с размаху влетаю носом в чью-то широкую грудь.
– Нет, правда, тебе стоит хотя бы попробовать ходить с открытыми глазами.
Конечно, это Глеб.
– Извини.
– Не проблема, Винни, – он смотрит на меня, продолжая стоять в дверях.
Я снова чувствую себя практически немой. Отвечать ему в переписке гораздо проще, а вот открыть рот, стоя напротив, просто физически тяжело. Ну, по крайней мере, кажется, он не злится на фотографию."
"Я потираю нос. Конечно, ударилась я не так уж сильно, но у Янковского какой-то парфюм, который сбивает меня с толку. Пахнет тепло и терпко.
– Как ты относишься к творчеству Люси Чеботиной?
– Что? – я недоумевающе смотрю ему в глаза.
– Ну, она же права, да? Зачем тебе солнце Монако?
До меня только начинает доходить. В груди неприятно холодеет.
– И луна Сен-Тропе вроде не нужна. Если Яна рядом нет. Или как там в тексте, я не силен в современной популярной музыке.
Я смотрю на парня, и мое лицо прямо-таки сводит ненавидящей судорогой. Как такой красивый человек может быть таким отвратительным? Строчки этой песни, среди прочих, я записала в учебнике.
Не контролируя себя, выпаливаю:
– Ты же знаешь, что ты козел?
– Солнышко, я в курсе. Но я не знал, что ты такая дерзкая. Это даже интересно.
Он улыбается только одним уголком губ, глаза смотрят все так же колюче, но с примесью чего-то нового. Похоже, ему действительно интересно. Отлично, Петрова. Теперь кот не просто сожрет птичку, а будет играться, прижимая лапой и проверяя, сколько она протянет.
– Глеб, дай ключи, свои забыла! – тонкая ручка бесцеремонно хватает парня за плечо и разворачивает к себе, – ой, а что это ты тут делаешь?
Девчонка смотрит на меня такими же колючими голубыми глазами, и ее губы растягиваются в улыбке.
– Держи, – он протягивает ей ключи, просунув указательный палец в кольцо.
– Кто это?
– Не твое дело, Алин, – тут Янковский сжимает ключи в кулаке, – прогуливать собралась?
Она кривится и передразнивает:
– Не твое дело, Глеб.
Я стою истуканом и молча наблюдаю за ними. Кажется, это его сестра. Младше меня на класс, всегда одета с иголочки, волосы идеально вытянуты утюжком и блестящей золотистой волной следуют за хозяйкой. Просто оживший персонаж из «Дрянных девчонок».
Глеб отдает сестре ключи, но она не торопится уходить. Стоит и буквально ощупывает меня взглядом.
И когда звенит звонок, я отмираю, отодвигаю Янковского и проскальзываю в дверной проем. С колотящимся сердцем бегу к лестнице. Ну почему Ян дружит с ним?
.-. -. -..-На уроках я присутствую только физически.
Отмалчиваюсь, ничего не записываю, постоянно себя контролирую, чтобы ничего не рисовать.
