«Беретту» переложил в правый карман — так сейчас ему подсказывало чувство самосохранения. Потом он подошел к приоткрытой двери, из-за которой доносились голоса, и в этот момент дверь распахнулась и в коридор выбежали двое парней в камуфляже — один, долговязый, нес в левой руке темный чемодан.
— Добрый вечер! — рявкнул Степан и от бедра направил на парней хобот «узи».
Идущий следом за долговязым парень тут же надвинул на рожу лыжную шапочку и, вскинув руку, трижды выстрелил из пистолета. Его отделяло от Сержанта метра три-четыре, не больше, но он умудрился промазать.
— На каком стрельбище ты, мудила, тренировался? — буркнул Степан себе под нос и навел «узи» на длинного с чемоданом. — Ты, чмо, как, ляжешь с ним рядом или еще постоишь? — И, заметив, что парень дернул было рукой, намереваясь запустить правую пятерню за пазуху, выпустил два одиночных. Рослый скривился и, выронив чемодан, схватился за окровавленную руку.
"И тут из кабинета тяжело выскочила третья темная фигура, на лету стреляя с двух рук. Степан успел увернуться от первой порции пуль и, выбив ногой дверь напротив, в одно мгновение впрыгнул внутрь. В коридоре послышался топот ног и громкие крики: «Дрон, Жека, эта сука мне руку прострелила! Мочи его, а я чемодан вынесу!» Кричал, ясное дело, долговязый. Значит, всего их тут трое. С одного уже как с козла молока, его он серьезно подстрелил, второго ранил в руку. Остается третий…
Сержант выждал несколько секунд, шаря руками вокруг себя.
Сержант выбежал в коридор и бросился по лестнице за росным. Чемодан был тяжелый, и ноша не позволила беглецу уйти слишком далеко. Степан настиг грабителя на крыльце дома.









