У него время поджимает, значит будет действовать быстро и глупо.
Отчеты, звонки, разговоры, обсуждение последних новостей – обычная рутина поглощает меня целиком.
Уже ближе к обеду, когда я, наконец, могу выбраться из-за компьютера, чтобы выпить чашку кофе, ко мне подходит шеф.
– Алиса, добрый день, – говорит Гордей Денисович, и в его голосе столько меда, что у меня чуть пломба не выпадает. – Решил сделать тебе приятное. Вижу, что ты усердно трудишься.
А что это у него в руках? Прищуриваюсь, как близорукая. Не может быть! Это же моя любимая коробочка эклеров из той самой кондитерской за углом!
Кто меня сдал? Виолеттка? Ну кто же еще!
– Эклеры? – выдыхаю я, стараясь усмирить разбушевавшийся голод.
Боже, какие они аппетитные! С кремом, присыпанные сахарной пудрой… Надеюсь, мой желудок не урчит слишком громко.
– Все для тебя, Алиса, – Державин подмигивает мне так озорно, что я чувствую, как у меня начинают потеть ладошки. – Надеюсь, это немного подсластит твой рабочий день. А если нет, то у меня есть для тебя уникальное предложение! Сладкий Леденец Петушок.
"– Чего-о? – округляю глаза. – Вы совсем, что ли? – озираюсь по сторонам, чтобы понять, не услышал ли кто из коллег, как он мне своего петушка предлагает пососать.
– Тот самый, – играет бровями. – Будешь?
Широко открываю рот, чтобы послать гендира далеко и надолго за столь щедрое интимное предложение, как он кладет мне на язык… сахарный леденец на палочке в форме петуха.
– Учись, ласточка. Скоро тебе это пригодится, – говорит босс и с довольной ухмылочкой уходит …
Глава 4
Эклеры, конечно, выглядят аппетитно, кремом так и манят, но чую, подстава.
Сижу над пирожным и смотрю на него как на врага народа. А он, зараза, пахнет соблазнительно.
Надо проверить гипотезу. На ком? На себе, что ли? Не, я еще пожить хочу. Точно! Виолетта! Она у нас дама отчаянная, согласится на любой эксперимент.
Подхожу к коллеге и делаю самое невинное лицо:
– Виолетта, тут Державин эклеры принес, угощайся! Говорит, сам пек.
Виолетта, не подозревая подвоха, хватает эклер и с блаженной улыбкой откусывает:
– Ммм, вкуснятина! Что-то ты сегодня подозрительно добрая, Алиса.
– Да так, – говорю, стараясь не выдать волнения, – настроение хорошее.
А сама краем глаза наблюдаю за Виолеттой. Жду. Ничего не происходит. Она спокойно доедает эклер и облизывает пальчики.
– Слушай, а Державин, правда что ли, сам пек? Что-то не верится.
Я в замешательстве. Неужели показалось? Или доза слишком маленькая?
– Не знаю, – отвечаю задумчиво, – может, и не сам.
