Раздался знакомый художественный свист, затем, через какое-то время тихий стук в дверь. Открывать я не стала.
Глава 16
Глава 16
На следующее утро я проснулась ни свет ни заря. Вскочила со своего гамака, как пружина. Мной владело взбудораженное и в тоже время радостное состояние - наконец-то я начинаю свои занятия! И, хотя с момента возникновения идеи до ее воплощения прошло совсем немного времени, мне казалось, что я ждала этого вечность.
Мне хотелось отправиться в школу немедленно, однако я сдержала свой порыв - занятия были назначены на послеобеденное время, поскольку с утра дети помогали родителям в делах общины или по дому. Сначала должны были быть выполнены «официальные» обязанности - а потом уже развлечения. Кстати, общеобразовательные уроки на острове тоже считались развлечениями, во всяком случае, дети не относились к ним, как к повинности. Неслись в школу и находились там с удовольствием - я не раз это отмечала.
Не сомневаясь, что смогу увлечь маленьких островитян рисованием, я все-таки в сотый раз задумалась - с чего же мне начать мое самое первое занятие? С многообразия форм или красок? Или с истории изобразительного искусства? Хотя, опомнилась я, какая история здесь - откуда мне ее знать.
Я вспомнила свой первый урок рисования. Он был даже не в школе, да и в художку я пошла позже. Мне было лет восемь или девять, никакими особыми талантами и способностями я тогда не блистала, была обычным среднестатистическим ребенком. А природная застенчивось мешала хотя бы попытаться проявить себя где-нибудь. Рисовать мне нравилось, но я словно тормозила сама себя, пребывая в полной уверенности, что получится у меня плохо. Движения рук, держащих карандаш или кисточку, были неловкими и неуверенными. Варюха-горюха.
В тот летний день у нас во дворе открылось что-то вроде открытой площадки центра дополнительного образования. Наверное, что-то вроде рекламы своих секций и кружков. Выскочив во двор на площадку, где расположились преподаватели и дети, я робко приблизилась к столу с карандашами и красками. Вокруг толпилось много детей и я остановилась позади всех. Занятие вела, как мне тогда показалось, пожилая женщина, которая, заметив меня, вдруг улыбнулась и, не останавливая своего рассказа, обошла всех и обняв меня, подвела поближе. Я вспыхнула от смущения и на некоторое время я практически перестала слышать, что она говорит. А потом услышала ее слова, с которых и решила начать сегодняшний урок: «Рисовать могут все!»
В то лето я еле-еле дождалась сентября и первым делом отправилась в этот центр дополнительного образования. А позже перешла оттуда в художественную школу по рекомендации той самой преподавательницы.
