Голос был резок, губы кривились, а когда он посмотрел на Пенни, она задрожала. Трудно было поверить, что они вдвоем сделали этого ребенка, что их тела слились в одно и она чувствовала себя особенной.
— Мало что можно сказать. — Пенни попыталась не отрывать взгляда от его глаз, темных, угрожающих, ничем не напоминающих о той мягкой чувствительности, которая была в них совместными ночами. — Тест оказался положительным.
Он едва заметно кивнул:
— Что ж, раз так, нам надо договориться.
— О чем? — спросила Пенни, осознавая, что ее голос резко повысился, хотя она хотела остаться спокойной. — Если ты снова предложишь мне выйти за тебя, забудь.
— Почему? — резко спросил он.
— Потому что мы не любим друг друга, — так же резко ответила она. — Потому мы не будем счастливы вместе. Ты трудоголик, а я верю, что мужчина должен уделять время семье. Причины бесчисленны. Я не буду перекрывать тебе доступ, но я определенно буду растить ребенка сама, и я увольняюсь.
— А если я скажу, что ты врешь?
Пенни нахмурилась:
— О чем? Я беременна. Я ухожу с этой работы. Я выращу ребенка сама.
— Ты солгала, сказав, что не любишь меня.
Сердце подпрыгнуло в груди, горло сжалось. Он пытался загнать ее в угол, откуда не было выхода, и не ради себя, а ради детей. Он хотел, чтобы она продолжала присматривать за Хлоей, а потом и за плодом их страсти. Сам он не справится и не найдет более подходящего человека.
— Люблю тебя? — эхом откликнулась она, слыша страх в своем голосе. — Мне нравился секс с тобой, но я больше никогда не собираюсь влюбляться.
Она услышала его резкий вздох и увидела, как его губы сжались в тонкую линию и веки почти полностью закрыли глаза.
— Значит, это был секс, и только? Я знаю, что такое секс, и это совершенно не похоже на то, что было между нами.
— О чем ты говоришь? — Пенни вздернула подбородок и холодно посмотрела на него, надеясь, что он не поймет, как взволновали ее его слова.
В его устах это звучало так, словно все это значило для него куда больше, чем она думала. И если так…
— Я думаю, ты влюбилась в меня. Я думаю, ты напугана. Я думаю, ты считаешь меня таким же, как Макс, и ждешь, что я отброшу тебя, как тлеющий уголь, когда найду кого-то получше. Но разве это возможно, когда я нашел женщину, с которой хочу прожить всю жизнь?
Глаза Пенни распахнулись. Она потрясла головой, не в силах поверить своим ушам.
— Ты думаешь, я говорю неправду? Зачем мне врать о таких важных вещах? — Он шагнул к ней и встал достаточно близко, чтобы она ощутила тепло его тела и его дыхание на своем лице. — Я снова спрашиваю тебя, Пенни: ты выйдешь за меня?
— Ты действительно хочешь этого?
— Господи, что мне сделать, чтобы ты поверила?
— Но… Но ты же не любишь меня! Ты делаешь это ради ребенка! Я не могу выйти за тебя по этой причине.
