И вдруг что-то мокрое ткнулось в ее щеку, стирая соленые слезы.

– Хитрец! – не открывая глаз, воскликнула она.

– Ты что, не видишь, брат, – прозвучал рядом с ними голос Перси, – что твоя жена почти голая. – Усмехнувшись, он протянул Йену плед и отошел.

– А где Антония? – спросила Бригитта, заворачиваясь в плед.

Йен горестно покачал головой.

– Увы, в нее попала стрела, но она почти не страдала.

– А Менци?

– Он больше не будет беспокоить нас. С ним покончено.

Йен поправил на ней плед и поднял Бригитту на руки. Многозначительно посмотрев на нее, он покачал головой и спросил:

– Вот видишь, что бывает, когда жена не слушается мужа?

– Я никогда больше не буду так поступать, обвив его шею руками, торжественно пообещала Бригитта.

По губам Йена пробежала улыбка.

– Разве ты не знаешь, любовь моя, что ложь – это такой же тяжкий грех, как и непослушание?

ЭПИЛОГ

Эдинбургский замок, декабрь 1566 года

– Да скоро ли ты там, наконец!

Услышав нетерпение в голосе мужа, Бригитта искоса взглянула на него. Неотразимо красивый, Йен стоял перед камином. На нем был черно-зеленый плед Макартуров поверх белой шелковой рубашки и темного бархатного камзола.

Нахмурившись, он наблюдал за ней.

Бригитта миролюбиво улыбнулась, потом поддразнила:

– Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя великолепные ноги? При виде их у меня дрожь пробегает по телу.

– Не раздражай меня, Бри, – огрызнулся Йен. – Давай-ка лучше поторопись.

– Подай мне, пожалуйста, платье.

Через мгновение он уже был рядом с ней, держа в руках ее новый придворный наряд: изумрудно-зеленое бархатное платье.

– Накинь его на меня через голову, – попросила Бригитта.

 – Только, ради Бога, не испорти прическу, иначе мне придется все начинать заново."

"– Почему это я, граф Данридж, должен быть твоей камеристкой? – недовольно проворчал он. – Почему ты не привезла с собой Сприн?

Ответ Бригитты он не услышал за шуршанием ее юбки.

– Что-что?.. – переспросил он.

– Я сказала, – повторила Бригитта, выныривая из платья, – что Сприн на третьем месяце беременности.

– Ну и что из этого?

– А то, что ее все время тошнит. И может вырвать в любое время. Например, прямо на это платье.

– Ох уж эти женщины!

– И Сприн, и Шена, и Эврил – все беременны, – продолжала Бригитта.

 – Похоже, на младенцев год будет урожайный.

– Не забывай и о себе, – усмехнулся Йен, похлопав ее по округлившемуся животу. – Еще пять месяцев, и ты снова родишь. Это должен быть еще один мальчик.

– Четверо из нас беременные в одно и то же время. Прямо хайлендским ветром надуло.

Йен рассмеялся, но тут же сделал серьезное лицо и проворчал:

– Не говори глупостей. Это я сделал тебе ребенка. А теперь повернись – я застегну пуговицы.