Снова задаюсь мучащим давно вопросом: чего же тебе не хватало, а Игнатик? Вот за такими одноразовыми бабочками ты сюда приходил? Зачем? Не греет тебя семейная жизнь? Почему? Из нас двоих я был заводилой и беспредельщиком, Игнат же меня всегда тормозил, гасил мои безбашенные порывы, больше придерживался консервативных взглядов. Нет, девчонок у него хватало, но мозги он им никогда не пудрил, всегда чётко давал понять свои намерения. Что изменилось сейчас?

За плечо меня трогает кто-то. Поворачиваюсь – та самая девица. А с ней рядом… Чего?

– Я привела тебе Луизу, – улыбается она, а я смотрю на девушку рядом с ней и не могу отойти от шока.

– Лика?! – отпадает моя челюсть. – Это ты?

Вижу, Лика поражена встречей не меньше, но быстро берёт себя в руки.

– Какие люди! Неожиданно, – натягивает наглую улыбку. – Но мне пора, – разворачивается на каблуках, чтобы сбежать, но я хватаю её за локоть.

– Стоять!

– Э-э, Барский, отвали! – вырывает руку. – Я охрану позову! – визжит она.

– И что ты ей скажешь? Что сбегаешь от перспективного клиента?

– Ты на что намекаешь! – возмущённо. – Я здесь просто тусуюсь!

– Да-да, я уже слышал, Луиза, что ты девочка “элитная”, только для избранных клиентов, – играю бровями. – Недавно работаешь, да? Ещё не истаскалась? Ну это ничего, года два-три в профессии, и будешь уже работать на массмаркет! – цинично хмыкаю.

– Пошёл ты! – психует, обиженно поджимает губы.

– Пойду, только парочку вопросов задам.

– На которые я не собираюсь отвечать! – вздёргивает высокомерно подбородок.

– Как хочешь, – усмехаюсь. – Но тогда о твоём “карьерном взлёте” узнаёт вся наша бывшая тусовка. Тебе ж нужны богатые клиенты, я подгоню, сделаю тебе бесплатную рекламу."

"Тормозит, хмурится, зло сопит, но уже не торопится убегать.

– Ты как был уродом, Барский, так и остался! Что тебе нужно?

– Пойдём за столик, расскажу.

Усаживаемся за свободный столик в самом углу зала, там, где музыка не долбит так громко. Не тороплюсь говорить, рассматриваю ту, которая сыграла когда-то главную роль в нашей драме с Алисой. Своей вины я не умаляю, но эта тварь тогда умело сыграла на наших слабостях, разрушив всё до основания. Усмехаюсь, ещё раз убеждаясь, как справедлива жизнь. Всем раздала по заслугам.

Лика изменилась. Не в лучшую сторону. Из дерзкой, симпатичной девчонки превратилась в настоящую акулу, уже весьма переделанную, прожжённую, циничную. Некогда невинное кукольное личико теперь украшают перекачанные пошлые губы, яркий макияж, и холодный, расчётливый взгляд.

– Не смотри на меня так! – требует Лика.

– Как? – выгибаю вопросительно бровь.

– Как будто жалеешь, – усмехается. – У меня всё хорошо. Я здесь не от великой нужды, или что ты там себе придумал?

– Ну, в то, что ты зарабатываешь на операцию любимой собачке, я не поверю.