Решив сменить тему, спросил:

— Маменька, а хочешь похвастаюсь?

— Похвастайся, — растерянно разрешила матушка.

— Пока в Череповце жил, параллельно начал английский язык учить. Думаю — авось, пригодится. Времени маловато, но кое-что теперь знаю. У английского с немецким много общего, сам не заметил. Не уверен, что сумею с британцами общаться, но книгу на английском языке прочитаю.

— Ванечка, ты у меня молодец! Знаешь, я тобой горжусь!

— Вот и хорошо, — обрадовался я. Спросил: — а у Таврического сада есть какая-нибудь кофейня?

— Наверное есть, — пожала плечами матушка. — Я, если честно, в Таврическом еще не была. Да и нигде еще не была. Не до того было. Квартиру обустраивали, слуг нанимали.

— Тогда пошли гулять, — поднялся я с места. — Погуляем по саду, попьем кофе. Надеюсь, моя спутница не станет возражать?

— Ох, Ваня, конечно нет. Но мне нужно собраться. Сто лет не гуляла по Петербургу.

Вот и ладно. Пока матушка собирается, все-таки сбегаю и узнаю, как там моя мелкая и рогатая…

[1] Конечно же это «Лезвие бритвы». Но это не повесть, а роман.

Глава четвертая

Девчонка голубых кровей

Батюшка, подобревший после обеда, сообщил, что у него имеется целых два часа свободного времени, но потом он должен участвовать в важном совещании у министра. Но зато мы можем втроем посидеть, попить кофе, и поболтать. Кто знает, когда опять выпадет свободная минутка?

Мы с матушкой сегодня кофе уже пили, но отказываться не стали. Я от кофе никогда не отказываюсь, а госпожа министерша (оказывается, супругу товарища министра можно и так звать), просто посидит со своими мужчинами."

"Прогулка, на которую мы с утра отправились, почти удалась. В Таврическом саду не погуляли, потому что он оказался заполнен грязным снегом. Дворники из близ лежавших домов, должные бороться со снегом, ленятся вывозить его на Неву, а отвозят в сад, скидывают в пруды. Правильно — весна, само растает.

Поэтому, пришлось брать извозчика и отправляться в другой сад, в Летний. Я бы предпочел пешком, но матушке не пристало ноги бить. Что ж, двугривенный — не деньги.

Снег убран (Лебяжья канавка рядом!), все чистенько, статуи стоят и памятник баснописцу на месте. Деревья и кусты голые, но кое-где появились почки. Побродили немножко, а потом отправились в кофейню. Забавно, эта кофейня существует и в моем времени. Правда, кофе сейчас кажется вкуснее.

Мы бы еще побродили, но пора было возвращаться. И оба довольны. Матушка счастлива, что отправилась на прогулку с собственным сыном. А я… Да и я очень доволен. Матушка Ивана Чернавского уже стала родной, а заодно и с Питером познакомился.

Сюда ехали напрямую, по Пестеля (как она нынче-то называется?), а обратно сделали крюк, чтобы по Невскому, а потом на Литейный.

Кажется — знакомый город, но в тоже время — и нет.