Повсюду лужи, повсюду хаотично снующие дибилиды, какие-то статуэтки, на камнях корявые изображений змей и рыб. Типичное святилище Снессы. В данный момент пустующее.

А по соседству – нечто вроде каменной свечки высотой метров в пять. Вернее в виде гнилого пустотелого дерева, или же что-то вроде колодца из дикого камня. Свечка стоит на небольшом основании из нагромождения крупных валунов, промеж которых широкие расщелины заполненные хлюпающей водой. Одна из подобных расщелин оказалась входом ведущим внутрь, в колодец.

А там!

Ну,… это конечно не мифическая пещера легендарного Али Бабы и его сорока кровавых наемников, но если сделать небольшое снисхождение к масштабам, то весьма и весьма похоже."

"Внутренности этакой пещерки-колодца представляли собой испещренный выступами и трещинами камень. На дне по колено озерной воды. Вот на этих самых выступах и были расставлены самые разнообразнейшие предметы, все как один сверкающие золотом и серебром. Чего здесь только не было… монеты, чаши, большое овальное блюдо, позолоченная люстра, серебряный шлем, там и сям с выступов свисали золотые и серебряные цепочки. Это был не просто склад ворованных вещей – это был настоящий храм злата и серебра! Все несколько кривовато, но при этом развешано с истинной любовью. Монетки и те в стопочках… На нескольких выступающих из воды камнях разложены особые вещицы, явно составляющие для Афросия предмет гордости обладания. Самый настоящий золотой меч – включая лезвие, странный каменный идол с позолоченной макушкой и руками, держащий перед грудью каменный же скрученный свиток, смотря на него своими рубиновыми глазками. Третий камень пустовал – и вот кажется мне, что именно на нем и лежала в свое время серебряная перчатка с золотыми наручами.

- Афросий, твою так удачу рыболова, – затряс я головой в полном обалдении. - Да ты просто монстр!

Говорить такое вслух я не боялся – рыбак-пропойца остался снаружи, сидя на плотике в гордом одиночестве и плаксиво хныкая. Деться он никуда не мог – вокруг плота хищно плавали храмовые щуки, среди коих особенным рвением отличалась Зубрава. В общем, рыбак там и останется, если только не сумеет улететь.

- Священные предметы! – тонкий палец Ракитушки указал на зажатые в одной из трещин серебряные предметы. – Принадлежат святилищу! А вот и оставленные дары!

- Забери же их, Ракитушка, – тут же кивнул я, хотя в принципе моего согласия никто и не спрашивал. – Они ваши по праву. Афросий вернул украденное и был изрядно наказан на воровство.