— Кузя, — он прокашлялся и продолжил, — скажи, а кого поставили твоим хозяином?
У него были знакомые колдуны в Управлении. Даже двое однокурсников. Не друзья, но всё-таки. Неплохие люди. Хорошо бы, если бы Кузю отдали кому-то из них. Если нет, то через год можно будет договориться.
Кузя округлил глаза:
— Вы шутите, Гермес Аркадьевич? Да?
— Шучу? — он непонимающе посмотрел на дива.
Тот ответил не менее удивленным взглядом. И полез в карман.
— Так вот же, — он протянул жетон Управления, — вас же! Кого же еще?
Аверин схватил жетон и поднес к глазам. Жетон был активирован, на нем стояла отметка о привязанном к нему диве. Аверин перевел взгляд на шею Кузи и чуть не застонал. Ну конечно! Ослепленный «сиянием орла», он не обратил внимания на то, что сам ошейник не изменился. Это был его ошейник. Да и одежда на диве — синяя рубашка с оранжевым кушаком и красные штаны. Кто бы разрешил сотруднику Управления одеться подобным образом?"
"— Разве Виктор Геннадьевич вам не сказал? Они с колдуном Фетисовым меня привязали. Вот прямо тут, в уборной, — он указал на дверь.
Аверин во все глаза смотрел на Кузю.
— Нет… — медленно проговорил он, — Виктор Геннадьевич мне… ничего не сказал.
До вечера Кузя сидел в палате. За это время Аверин успел узнать, как зовут самых сильных дивов в Управлении и кто у них там главный, как выглядит жена князя Булгакова и, самое важное, где, сколько раз и кому Кузя в красках и подробностях поведал историю, как он «схватив когтями серебряный кинжал, вонзил его в горло демона, а клыками вцепился в плечо».
Допрашивали Кузю не единожды. И допрашивали колдуны. Но див сумел виртуозно обойти все подводные камни и не выдал секрет. Если не будет проведено более подробное расследование, то Виктор и Фетисов в безопасности. А на крайний случай есть еще легенда про амулет.
— Кстати, а где амулет маскировки, — поинтересовался Аверин. Может его нашел кто-то и тоже отдал Кузе на хранение?
Кузя потупился.
— Потерял… Я его с руки сорвал, чтобы изменить форму и сбежать. Но не успел. Этот демон очень быстрый. Был. Я потом искал, но ничего не нашел. Там столько народу потопталось…
— Ну что ты, не расстраивайся. Думаю, Анонимус тебя простит. Он уверен, что ты его носил для моей защиты.
В дверь постучали.
— Да, заходите, — отозвался Аверин.
Дверь открылась, и на пороге появилась Маргарита, в белом халате и с объемистой корзиной в руках.
— Ой, добрый день Кузьма, ты уже тут как тут, — она поставила корзину на столик и всплеснула руками:
— Гермес Аркадьевич, да что же это… кожа да кости, вас что, вообще тут не кормят.
— Извини, Маргарита, мне почти ничего нельзя.
