— Убью! — ревел Герб, обрушив на меня целый поток из дисков. Его атаки стали проще, прямолинейней, но куда быстрей. Там, где раньше он создавал один конструкт — теперь было три. Там, где раньше были комбинации атак, остались только диски. Он строчил ими словно из пулемета, не давай мне ни секунды продыху.
Краем глаза я заметил, как отброшенного каменным крошевом к стене судью утаскивают внутрь бункера для наблюдателей, и с облегчением отскочил в сторону. Защитная стена, на том месте, где я только что стоял, тут же покрылась сетью трещин, очередной диск вгрызся в нее, словно циркулярная пила, и угол, весом в полтонны, отвалился рухнув в песок.
Видимость резко упала, в поднятом облаке пыли стало тяжело ориентироваться, но Геннадий словно чувствовал куда нужно бить, преследуя меня десятками атак, и не позволяя выгадать ни мгновения, чтобы сосредоточится или контратаковать. А самое паршивое — его резерв, который давно должен закончится, оказался бездонным. Измором его не взять, а значит победить я должен силой.
Увернуться, прыжок в сторону, снова увернуться. Я помнил, как вчера он чуть не убил Тарана, врезав ему диском в контактном бою, но и прыгать по кругу до бесконечности я не мог, нужно только выиграть чуть-чуть времени. А значит — вперед! Отбив два конструкта подряд я оказался в метре от противника.
— Жри! — взревел Герб, и прямо между нами мигнул, воплощаясь, острый, почти материальный полуметровый серп. Даже зубцы как на хозяйственном орудии присутствовали. И я наконец понял почему его так называли.
Вот только я этой атаки ждал с самого начала, а потому единым движением выхватил из кобуры гранатомет и срубил пробойником только сформировавшийся конструкт. Громыхнул выстрел в упор, и тяжелая резиновая пуля вылетела прямо в шлем противника, да только застряла в сантиметре от забрала. Щит, выставленный у самого лица Герба, замерцал радужными бликами.
— Сла… — усмехнулся тот, но договорить я ему не дал. Стальной кулак с пробойником развеял вражеский конструкт, и подхватив шарик я впечатал его в железную маску врага, замазывая краской забрало. — Тварь! Жулик!
Герб ударил вслепую, десятки дисков, разрывая в клочья бетонную площадку, рухнули с небес на то место, где я только что стоял, но мне удалось отскочить в сторону, и самому ударить противника пробойником в сочленение на доспехах, заклинив правую руку. Тот словно не почувствовал, двигатели на суставе точно отключились, я видел, как они искрят, но скорость движений Герба почти не снизилась.
Уйти в сторону, пресс… разрушен только сформировавшись. Гена продолжал неистово бить дисками во все стороны, в попытке попасть наугад, но в то же время старательно оттирал левой рукой забрало.
