В начале придется договариваться с элитами. Мы уже разослали письма местным великим и древним родам, с гарантией безопасности личного имущества и сохранения титулов кроме великокняжеских. — заметила Мария. — Некоторые сразу прислали приглашение на званые ужины.
— Выдели тех, с кем придется пообщаться лично и составь список для тех, кого можно пригласить в рамках новой столицы региона. — ответил я. — Нам нужно закрепить власть во Владивостоке.
— Вы совершенно правы, ваше высочество. Такой большой портовый город без внимания оставлять нельзя. — согласился князь Оренбургский.
— Да, только проблема в том, что род Булат-хана и есть род княжичей Власовых, они же основной род Владивостока. — не весело улыбнулась Мария. — И они хоть и заверяют в своей непричастности и лояльности, но доверять им не стоит.
— Твои предложения? — посмотрев на супругу спросил я.
— Заложники. — пожав плечами ответила Мария.
— Нужно обязательно начать трибунал. — возразила Инга. — Больше половины их совершеннолетних родственников служила или до сих пор служит во флоте Сибирского ханства. И они не рядовые офицеры.
— Да, прощать такое нельзя, но и казнить всех взрослых аристократов из взбунтовавшегося рода — тоже. — покачала головой Мария. — Нам до сих пор вспоминают гибель благородных семей Ляпинского княжества. Как бы не были лояльны патриоты — но аристократия в первую очередь думает о своей выгоде, и если мы в очередной раз покажем что она в опасности наши сторонники разбегутся.
— Хороши сторонники, думающие только о себе. — недовольно усмехнулся я. — Ладно, в принципе всё понятно. Нужен независимый судья, который сумеет разобраться в этом деле и на которого потом ляжет ответственность за совершенные действия. Желательно тот, кого уже не жалко.
— Вот только регент вручил печать генерал губернатора именно тебе. — возразила Мария. — Думаю именно с такими мыслями. Раньше я не понимала в чем интерес отца, теперь же это явно. Если он сумеет усмирить восстание без больших репрессий, а мы нет — его сторонники победят и в дворянском собрании, и в боярской думе.
— И что ты предлагаешь? — спросил я. — Мы не можем оставить их в покое, иначе мятеж вновь расцветет через пару лет.
— Ну, формально никакого мятежа нет. — задумчиво сказала Инга, до крайности меня удивив. — Для того, чтобы стать изменником или предателем, нужно в начале дать клятву верности государю или отечеству. Люди до тридцати её естественно не приносили, ведь императора уже пятнадцать лет нет, а Екатерина Николаевна не сумела добиться своего признания на всех территориях.
— Значит и трибунал мы просто так провести не можем? — уточнил я.
