Грешники

- Это витамины просто, - шепнула в ответ и опять прижалась к нему. - Как долго, - носом уткнулась в его шею, втянула запах. Незнакомый, тяжелый, - ты только что из...

- Оттуда, - подтвердил он. - Домой к тебе заехал. Отец сказал, что ты здесь.

- Отпустили? - от радости сердце сладко замерло, сразу позабыла о всей своей злости на него, он не бросил меня, он со мной.

- Под залог, - ответил он кратко.

Подняла глаза.

- Т-ш, - его указательный палец коснулся моих губ. - Не нервничай. Как...ребенок?

Это слово, сказанное его голосом до дрожи приятно, усилием откинулась на подушки и сплела наши руки.

- Врачи говорят, что нужен покой. С мамой моей виделся? - вспомнила вдруг, что она прямо перед ним вышла и посмотрела на дверь. - Мама приехала. С наследством.

- Я знаю, - Савва ответил спокойно, без всякого напряжения. Придвинулся на кровати ближе ко мне и удобнее перехватил мои руки.

- Почему мне не сказал, если знал?

- Хотел, чтобы ты сначала согласилась уехать, - он выглядит невыспавшимся, усталым.

Но даже в таком состоянии внушает мне чувство безопасности, все это напряжение, что днями копилось он разрубил в ту секунду, когда в мою палату шагнул, и я теперь уверена: все у нас будет хорошо.

- Тебе нужно оформить академический отпуск в институте, - сказал Савва, большим пальцем поглаживая мое запястье. - И уехать с мамой. Из страны, - он заметил, что я возразить готова и тут же пресек, голосом надавил. - Злата. Думай о ребенке. Подготовим документы на твой развод, и ты уедешь. Я разберусь здесь. И через месяц тебя заберу. Обещаю.

- Подожди...

- Не подожду, - отрезал он. - Злата. Спорить не надо. Или я тебя силой увезу отсюда.

Он говорит твердо, даже жестко, и это так не вяжется с его ласковыми пальцами, что линии выводят на моей руке.

То сейчас он мне шансов не оставляет, сверлит тяжелым взглядом. И, кажется, он, правда, силой увезет меня, если я не соглашусь.

Но неважно. Он, наконец, рядом. И это главное. А месяц я точно вытерплю.

Не сдержавшись, широко улыбнулась и потянула его ближе к себе.

- Понятно, - шепнула ему в губы, языком провела по пухлой верхней, скользнула в горячий рот. - Так строго.

- Очень строго, - Савва усмехнулся.

Навалился сверху, он на руки опирается по обе стороны от моей головы, раздавить меня боится, такой огромный, сильный, такой мой.

И мы навсегда будем вместе.

- Соскучился, - он обнял меня, снова поднял, заставляя сесть, и сам, словно мы тысячу лет не виделись, начал щупать, все косточки, под тонкой футболкой. - Твою мать, Злата, какая худая, - его голос путается в моих волосах, из него огорчение рвется. - Ты ела сегодня? - он отстранился.