Вот у меня тут подборка по событиям – цифры, мнения, фотографии. Если надо, я организую подробные интервью с очевидцами. Всё это тянет на Пулитцеровскую премию.

– Не уверен. Это довольно локальный конфликт. Кроме того, мексиканцы сами нарушили границу.

– Да, возможно, но при чём здесь дети? Мне кажется, вы не правы. Тем более опросы… Американцы видели фоторепортаж с места событий и очень живо отреагировали на него. Можете почитать форумы. Вот здесь, выдержки… Если солдаты были вынуждены воевать с детьми, то это не вина детей и даже не солдат, но правительства, которое не уделило должного внимания нараставшей проблеме. Было бы интересно рассмотреть данные события с этой стороны. Виновен не тот, кто неправильно среагировал, а тот, кто допустил до такого. Такие статьи были бы очень интересны и хорошо оплачены…

– Да, может быть, о таком повороте я не подумал.

– Вот и подумайте, и соглашайтесь, потому что пишущих людей много, а гонораров мало и на всех их не хватит…

Так, этого зарядили. И еще парочку. Тяжёлые фигуры пока не трогаем, приберегаем на потом. А что нам скажут политики?

– Вы эту фотографию видели? Вот эту серую от горя женщину, с мёртвым ребёнком на руках? Её весь мир знает. Видели?

– Мне кажется, что ни один человек не может остаться равнодушным. Не должен остаться. И если поднять этот вопрос в конгрессе и провести расследование…

– Думаю, из этого ничего не получится. Мексиканская тема непростая, есть множество нюансов. Конгресс не может руководствоваться эмоциональными посылами, нужны факты, тщательное расследование…

– Вот и давайте его инициировать. Вот подборка некоторых документов и фактов по происшествиям на границе с Мексикой, с цифрами, которые ложатся бременем на плечи рядового американского налогоплательщика, с предупреждениями, которые были раньше, но на них не обратили внимания, с прогнозами экспертов на дальнейшее развитие ситуации. Здесь очень серьёзный материал, на котором можно сделать имя, причём совершенно не важно, чью сторону возьмёт конгресс, важно обозначить проблему. Вам обозначить.

– Почему мне?

– Ваш авторитет, ваше прошлое… Я имею в виду безупречное прошлое настоящего американца, который болеет за свою страну. Вас поймут и поддержат.

Заиграл желваками, пальчики сжал. Знает кошка, чьё мясо… Ну, или не мясо, и не кошка, а кот – котяра, мартовский, который… Ну, а как вы, господин хороший, хотели? Дам мять и брюхатить, так это без тени сомнений и угрызений, а как за мексиканских детишек вступиться – так здесь сразу всё неоднозначно. Так не бывает, грешки молодости надо возвращать. Вернее, отрабатывать.

– Я очень надеюсь на вашу принципиальную в данном вопросе позицию. Потому что замалчивать ее… На юге Америки полыхает, и с этим надо что-то делать.