Откинулся люк, закричали:

– Нихт шиссен!

Ага, умные нашлись! Им стрелять можно, а нашим нет. Илья вскинул карабин и, как только показался танкист, выстрелил. Если бы не пожар в моторном отсеке, немцы бы отсиделись, поджидая помощь от своих. В танке рация есть, наверняка со своими связались. Бабахнул выстрел. Это пехотинец стрелял по танкисту, пытавшемуся выбраться через нижний, десантный люк. Через несколько минут стало не до танка. К траншее подбегали солдаты, причём не немцы. Другая форма, слышны команды на непонятном языке.

Наши пехотинцы открыли огонь – из автоматов, винтовок, пулемётов.

Немцы бы залегли, начали бросать гранаты, короткими перебежками продвигались вперёд. Эти же, понеся потери, сначала залегли, потом побежали назад.

Сначала итальянские военнослужащие, направленные диктатором Муссолини на помощь Гитлеру в СССР, назывались итальянским экспедиционным корпусом, и численность его составляла 54 тысячи человек. Корпус состоял из трёх дивизий – 52-я пехотная «Торино», 9-я пехотная «Пасубио» и 3-я пехотная «Челери». Имели артиллерию на конной тяге, лёгкие танкетки и устаревшие танки «Фиат-600».

17 июля 1942 года численность корпуса возросла за счёт прибытия семи дивизий – 2-й пехотной «Сфорцеска», 5-й пехотной «Коссерия», 156-й пехотной «Виченца» и 6-й пехотной «Равенна» и ещё трёх берсальерских. Корпус переименовали в 8-ю итальянскую армию, численность её достигала 230 тысяч человек к сентябрю 1942 года. Находился корпус в оперативном подчинении немецкой 17-й армии генерала Рихарда Руоффа. Итальянцами командовал генерал Итало Гарибальди. Для действий по прорыву советской обороны 8-й армии были приданы две немецкие танковые дивизии – 298-я и 82-я. Также в армию входили три бригады чернорубашечников-нацистов и Хорватская добровольческая бригада. Армия имела 988 пушек, 420 миномётов, 64 самолёта, 17 тысяч автомашин и 25 тысяч лошадей. Армия участвовала в боях на Донбассе, под Воронежем, на Среднем Дону и в Сталинграде. По какой-то нелепой случайности именно там, где участвовал в боях Илья.

Общими усилиями пехоты и артиллеристов атаку удалось отбить. Илья подошёл к разбитой пушке, посмотрел на погибших и направился к командиру батареи. По пути к одному капониру подошёл, к другому, и везде картина одинаковая – пушки разбиты, причём от одной буквально небольшие железные останки, видимо, в пушку прямым попаданием угодил крупнокалиберный снаряд, не меньше 105 мм – была у немцев такая полевая гаубица.

А на месте землянки комбата только воронка от снаряда. К Илье два бойца подошли:

– Ты из какой батареи?

– Я из автороты.

– Тогда пошли к комдиву.

Обычно комдивом называли командира дивизии, а у них – дивизиона. Штаб артиллеристов располагался в деревушке, в километре от передовой.