Пылали от просьб, но держались.
Просил князь многого. Точнее – требовал. Я только и слышала «прогнись», «бери глубже», «расслабься». В кровати, на полу, в ванне. И Абашев основательно насаживал, подставлял свое царское орудие под мои губы, толкался туда, куда не было запланировано матушкой-природой.
Не любил, а трахал во всех значениях этого слова! Как гуру эротических практик, укротитель вагин и девственных женских поп.
Отбиться или спастись шансов не было никаких. Удовлетворенная по самые брови, после каждого финала я отползала от Дамира на другой край кровати. Стараясь не думать о том, ЧТО ЭТО вообще было, закукливалась по макушку в одеяло. Но, стоило чудовищу рядом отдышаться, потянуться... меня вытаскивали из уютного гнездышка и драли дальше.
Не знаю, сколько раз.
Не помню, в каких именно позах.
Мучительно медленно и адски быстро.
Много!
Так много, что к утру ноги не могли сойтись вместе. Стертые колени пылали. Зад горел. А слово «секс» вызывало лишь одно желание – заснуть беспробудным лечебным сном часов на десять или двенадцать. А потом бежать... Как и планировала раньше – огородами. Только гораздо быстрее и дальше, чтобы снова не попасть под княжеский каток."
"К сожалению, каток оказался против.
Князь-мать-его-за-ногу, как и было положено князю, после ночи секса выглядел так, будто выписался из санатория. Взгляд горел, на губах блуждала сытая улыбка, и загребущие руки постоянно что-то трогали, гладили и мяли.
Результат многовековой селекции налицо! Никаких мешков под глазами, наркотической потребности в кофеине или сонливости.
Это животное продрало очи с первыми петухами (да, здесь водились и эти крикуны), бесцеремонно воспользовалось моим телом для борьбы с утренним стояком, а потом устроило себе заплыв в ванне. По-царски, с брызгами на всю комнату, пением песен и деловыми разговорами по телефону. Так сказать, без отрыва от производства. По громкой связи.
О том, что вряд ли его собеседнику доставляет удовольствие слушать княжеское фырканье и шум воды, Абашев, наверное, и не думал. Хищно посматривая в мою сторону, он намыливал свое роскошное тело. Особенно тщательно оглаживал самые интимные места. И четким уверенным тоном отдавал распоряжения.
Маньяк! Извращенец! Диктатор хренов!
Но, к своему стыду, вместо того чтобы укрыться с головой или показать факью, я в оба глаза пялилась на мыльное божество в паре метров от кровати. Глотала слюну. И возбуждалась.
Снова!
Как озабоченная самка. Будто за ночь настолько точно настроилась на вибрации в его голосе, что сейчас заводилась от одного тона.
Очень тяжелый случай. Не встречавшийся ранее в моей простой серенькой жизни. Не Костя! Совсем не Костя. Возможно, стоило удивиться, включиться в любимую женскую игру «А как теперь с этим жить?», но...
