Ни на шестнадцатый, ни на семнадцатый, ни на восемнадцатый день, больше никто не появлялся. Лишь на двадцатый день, когда уже мы стали уходить из города, появилась вереница из повозок и буквально бегущих за ними изо всех сил крестьянок. А всё мужское население кто с чем двигались за ними и каждую секунду оглядывались.

От общей массы отделился небольшая группа с носилками, пристегнутыми между двух коней. К ним навстречу тут же отделился отряд и поспешил на перехват. Те же буквально откинули оружие и всё, что можно было трактовать как оное и продолжили движение по направлению ко мне. Видать ориентировались по знамени, не доезжая пары метров всадники остановились и спрыгивая с коней помогли подняться человеку, что находился в носилках.

Тот с трудом опираясь, подошел и встав на колени, просил принять его сына в вассалы и оказать защиту и покровительство. На вопрос а почему именно сына, а не его самого? Он лишь откинул плащ и показал свое ранение. Да, с такими ранами не двигаются, а он ещё ходит. Я оказал ему честь и принять его пацана, кстати пяти лет отроду, в вассалы.

Как только я произнес ритуальную фразу, его папка ушёл в мир иной. А из лесочка нарисовался довольно таки крупный отряд и сразу стал строиться в боевой порядок. Для них самих такое количество народу стало сюрпризом.

Мои новоявленные вассалы узнали чьи это флаги и очень сильно возбудились и загорелись желанием пойти набить морду всем, кто стоял под этими знамёнами. Я же говорю, война войной, а дружба соседей это дружба соседей. Пришлось остудить горячие головы, приказав разворачивать во всей красе уже мои силы. А что, мои вассалы и вассалы моих союзников, как никто были заинтересованы в исполнении приказов. Все они понимали, что если бы не добрый дядя, то есть я, то ходить им в лучшем случае в цепях, а их женам и дочерям ублажать тех, кто за них заплатит. Сейчас же они, вроде как свободные и сохранили свои семьи, честь и достоинство, ну а, что до соседей то сосед соседу рознь. С одними не грех выпить и крестить его детей или позвать крёстным для своих, а другому и нож вогнать в печень и провернуть разок другой, сам бог велел.

Так вот, такой вот сосед, семи пядей во лбу и решил под шумок расширить свои владения и поправить финансовые дела, за счет наиболее слабых соседей. Мне интересно, он действительно надеялся и расшириться и отбиться? Это он настолько уверен в своих силах или идиотизм неизлечим?"

"Тем временем мои вассалы разворачивали свои ряды, а среди крестьян и горожан начиналась легкая паника. Те метались, не зная куда им деваться то ли продолжить движение, то ли обратно в городок под защиту стен прятаться. Пришлось рявкнуть командирским голосом и навести порядок.