Знал бы, какая это всё морока, посадил бы вместо себя Инжи, а сам бы размахивал топором. Но никуда не деться.

А ещё целая куча дел на голодный желудок. Я пошёл к Варгу, но по пути учуял запах благовоний. Да, тут же небольшая часовенка в одном из залов.

Внутри была только Мари, перед которой на алтаре стояло несколько горящих свечей предков.

Один — предок Шелестовых, которого Лин устанавливает в двигатель одного из новых панцирников. Другой — из академии.

Есть и третий, это двоюродный дед покойной жены не менее покойного Валерана Дерайга, который со мной не разговаривал. Не было только предка Лина, которого он называл Старым Гербертом. Он зачем-то нужен для работы шедевра.

Мари Рэгвард разжигала свечи с благовониями.

— Ты держался отлично, Громов, — сказала она своими интересным выговором, с отчётливой Р.

— Для этой работы нужна стальная задница, — ответил я. — Но никуда не деваться. А ты что вдруг решила прийти сюда?

— Так помолиться предкам.

Наверняка предки сейчас увлечённо обсуждали её задницу или грудь. Они вообще часто говорят о женщинах."

"— Тем более этому я раньше молилась, он же стоял в академии, — она показала на свечу деда жены Валерана Дерайга. Ну ладно, это я их различаю, а для неё свечи одинаковы.

— Угу.

— Тогда я просила, чтобы он избавил нас от того маньяка, что убивал в полночь. Помнишь?

— Конечно. Едва его вычислил. Помог Руссо. А ты да, помню, что молилась. У вас же в Хитланде принято почитать… вот же дерьмо.

— Что такое? — Мари тревожно посмотрела на меня.

— Потом расскажу, — я быстрым шагом вышел из часовни.

А куда торопиться? Всё равно пока не могу ничего сделать.

Я понял одну важную вещь. Король-Спаситель отправился в Хитланд, чтобы поглотить больше душ из свечей. А местные там не такие упрямые, как северяне, наверняка ему доверятся. И даже отдадут своих предков.

И вместо Фойла будет намного более опасный противник.

Но судя по бегущему ко мне Руссо, это не все плохие новости на сегодня.

— Громов, — он запыхался. — Дело дрянь. Вести от Инжи Дерайга. Так вот, я подготовил ему маршрут в горах Хитланда. А он, упрямец, начал возвращаться другим. Прислал весть, что их преследуют, и он засядет для обороны. Не нравится мне это дело. Совсем не нравится. Будто он специально пошёл другой дорогой.

Руссо сжал губы.

— Не хочу его обвинять, но…

— Иду на выручку, — сказал я.

— Но это же территории Мидлии! — начал спорить Руссо. — Если ты введёшь туда войска…

— Я принял решение, — я прошёл дальше. — Поднимись ко мне позже, надо подумать, как это сделать и где пройти.

Надо торопиться. Инжи ведёт за собой кучу студентов-северян из академии, которых должен был эвакуировать. Вытащить их, пока их не сделали заложниками.

Но и это не было плохой новостью. Я не сразу понял, что происходит.