Я твой монстр

А потому – волевое усилие, одно из многих, что мне приходилось совершать в жизни – и я превращаюсь в праздник! Яркий, сияющий наивностью и чистотой лучезарный праздник! Праздник, который в последний раз вопросительно глянул на императора незамутненными, голубыми, как весеннее небо, глазами и получил кивок, окончательно подтверждающий, что да, мне теперь можно.

Мне все можно.

И, захлопав в ладоши, я воскликнула:

– С днем рождения, самый лучший, самый красивый, самый идеальный Юмичи!

И сверху, почти с потолка, на обалдевшего, впавшего в ступор и не ожидавшего подобного ребенка хлынула лавина всех мягких игрушек, что мы с Чи накупили сегодня! Двери раскрылись, и слуги внесли те подарки, которым падение бы повредило.

Я улыбнулась ему, чувствуя, как глаза наполняются слезами, но плакать… я не имела права.

– Юмичи, тебе понравилось? – воскликнула восторженным голосом наивной девочки, которой так хотелось сделать счастливыми всех вокруг.

– Мари, да! – Но ребенок все так же стоял совершенно потрясенный. – Это все… мне?

– Конечно тебе! С днем рождения! – Я запрыгала, хлопая в ладоши от переполнявших эмоций… которые вовсе не были радостными, но кому какая разница.

Я играла, и играла превосходно.

– И не только это, Юмичи! – Я обернулась к Полудохлому, и тот, подойдя, протянул активированный сейр. – Спасибо!

Поблагодарила от всего сердца того, кто был одет под яторийца, и даже под него причесан, ну и, собственно, волосы сейчас у Полудохлого тоже были черными.

А потом, обведя сияющим взглядом всех присутствующих… кроме одного, я срывающимся от волнения голосом объявила:

– В моем мире принято помнить предков! – Вранье наглое, кстати. – Я знаю, что на Ятори летопись рода ведут только те, кто его возглавляет или возглавит. Но в роду Адзауро так много прекрасных мужчин, смелых воинов, великолепных военачальников, талантливых ученых! Юмичи, я хочу показать тебе их всех! Я хочу, чтобы ты знал, как сильно тебе повезло родиться Адзауро, и чтобы ты ощутил всю силу своего воистину достойного уважения и восхищения рода!

Пауза и собственно смещение вектора интереса ребенка с моих слов на подарки:

– Это будет небольшая презентация, и да, ты можешь уже распаковывать роботов! – объявила я мгновенно повеселевшему Юмичи.

Естественно, подарки интересовали его куда больше истории рода, и это к лучшему.

Дальнейший спектакль был уже не для него, я играла для другой, уже очень основательно подогретой наркотой публики.