Я потом объясню свою радость.

Он и правда был доволен. И каждое моё слово только добавляла ему оптимизма.

– Третья картинка, скорее всего, похороны. Вы стоите в чёрном костюме возле огромного портрета супруги. Поправляете цветы возле него. Напротив низкая металлическая конструкция. На такие, обычно, устанавливают гроб, но его я не видела. Вбегают две девочки в чёрной одежде. По возрасту младшая школа, наверное. Они плачут и бросаются к вам. Вы их обнимаете. Всё.

– Ульяна, скажите, пожалуйста, а какое это время года?"

"– Не знаю даже. Картинка не на улице, поэтому я не вижу растений.

Но это точно холодный период. Девочки в тёплых платьях. На вас шерстяной плотный костюм. Но по нашей погоде это может быть и октябрь и апрель. Поэтому я не могу ответить точно. А в следующем фрагменте я видела могилу припорошенную снегом. Но один ли это день или разные месяцы, у меня ответа нет.

Чернов задумчиво опустил голову. Постучал пальцами по колену, а потом резко поднял взгляд на меня.

– А какая причёска у старшей девочки?

– Причёска? В смысле волос на голове? Я не разбираюсь в них.

– Длина какая?

– Короткая.

Стрижка похожа на каре или боб. Точнее не скажу, потому что волосы убраны чёрным ободком.

– Отлично!

Пётр аж подскочил на диване от радости. Он точно сошёл с ума. Обрадовался, узнав, что я видела могилу его жены. Это немыслимо.

Что советуют в общении с психически больными? Со всем соглашаться и держаться подальше. Я медленно встала с дивана. И улыбаясь двинулась в сторону двери. Он вскочил следом, но покидать кабинет не собирался. Крепко схватил меня за локоть не давая выйти из комнаты.

– Вы не подумайте плохого. Я очень люблю Лизу.

У нас дружная семья. Но сейчас у неё значительное ухудшение состояния. Она в клинике. Ей капают новое экспериментальное лекарство, и она не встаёт с постели. Прогноз очень серьёзный даже на ближайшую неделю жизни. Но! На дворе сейчас конец апреля. Вы видели на её плече осенние листья. А это здорово по многим причинам. Лиза доживёт до осени, она увидит, как младшая дочка пойдёт в первый класс. А ещё, она будет самостоятельно передвигаться в это время, понимаете, Ульяна? На своих ногах! – Он почти подпрыгивал от восторга. Глаза сверкали, лицо горело румянцем.

Теперь радость была объяснимой в этом воспоминании. Но что хорошего в следующем?

– Ульяна, вы, наверное, думаете, что у меня поехала крыша или я плохой муж. Но те кровать и картина, которые вы увидели во втором фрагменте, тоже для меня большая радость.

– Почему?

–Лизу отпустят домой. Она будет с нами жить какое-то время. В общем доме. Для нас это очень важно. – Он вздохнул и продолжил уже грустно. – Мы скучаем. Особенно дочки. Каждый вечер они спрашивают, когда мама вернётся.