— У тебя лексикон как у грузчика портового! Но даже мне известно, что у тебя престижное образование!

— Да срать на образование! Я тебе о нас сейчас говорю! — рычал Марс, подойдя ближе так, что Жас пришлось вскинуть голову, чтобы смотреть в его глаза. — Я твой первый и, уж поверь, единственный мужик. Поняла?! А ты с моим братом крутишь!

— Да не кручу я с ним! — возмутилась Жасмин.

— Целовалась на виду у сотни гостей! Вон, фотки висят уже в ленте новостей! — кривился Марсель и на память процитировал заголовок: — «Претенденты на звание «Идеальная пара года»».

— Это он меня целовал! — насупилась Жасмин. — И между прочим, это был просто поцелуй. А вот твой член побывал у Соломовой во рту! И мы с тобой уже были знакомы на тот момент.

— Две минуты! — рявкнул Марсель. — Это все в прошлом! Я же говорю, что изменился! Ты моя любимая девушка! Ты! А не какие-то там прошман…левые бабы!

Жасмин открыла рот, чтобы парировать очередной крик Марселя. Но сказать ничего не могла.

Во-первых, в ее сознание проникли те самые заветные слова, которые так хотелось услышать. Пусть даже самой себе Жасмин боялась в этом признаться.

А во-вторых, дверь в ее спальню незаметно распахнулась, и на пороге появились заинтересованные лица родителей. Верне, Карл смотрел на сына убийственным взглядом, а вот мама —разве что не плакала от умиления и широко улыбалась.

— Марсель, — спокойно произнес Тарновский, обращаясь к своему отпрыску.

— Да, ты все верно понял, пап, — как-то устало произнес Марс, повернувшись к отцу и погладив переносицу пальцами. Собой он прикрывал Жасмин, но девушка, ведомая любопытством, выглянула из-за высокой фигуры. — Да, я несу ответственность за все, что сделал. Да, мы занимались любовью по моей инициативе.

— Вообще-то, я была не против! — вмешалась Жасмин, но Марсель взглянул на девушку так, что она тут же замолчала.

— И да, у нас с Жасмин все серьезно, — подытожил Марсель, наощупь отыскал руку девушки и сжал ее. — Пошли в кабинет. Устроишь мне разгон без свидетелей.

Закончив свою речь, Марсель коротко поцеловал Жас в висок и вышел из комнаты, которая вдруг превратилась в крохотную коморку, будто стены сдвинулись, мешая девушке дышать.

Когда она осталась наедине с мамой, то ноги отказали. Жасми рухнула на край постели, а щеки горели румянцем.

Боже! Так феерично «спалиться» это еще нужно постараться!

Атем временем Агата присела рядом, обняла дочь за опущенные плечи и прошептала:

— Ну видишь, все же хорошо.

— Угу. Спали вместе, а разгребает он один, — вздохнула Жасмин.

— Ой, да он у тебя сильный. Справится, — небрежно махнула рукой мама. — Скажи лучше, вы предохранялись? Или нам с Карлом можно надеяться на внуков?

— МАМ! — шикнула Жасмин, покраснев еще больше.