Да, основную мастерскую сделаем за домом, а по городам начнем открывать новые, и в них отправим наших учеников.
– Так мы станем монополистами в мебельном деле, и можем привлечь слишком много внимания. Я смотрю на Рони, и вижу, что ему вовсе не интересны доски. Он же пекарь от Бога. Мы можем помогать им пристраиваться, ручаться за них, платить за обучение, а потом, лет через пять мы получим хороших мастеров.
– Зачем нам мастера по другому ремеслу? – Филипп перестал жевать и уставился на меня. Лицо его, наконец, начало немного округляться, а борода не давала узнать прежнего щеголя с аккуратно подстриженными усиками. Теперь ему придется всю жизнь носить другое имя и лицо."
"– Потому что человек делает хорошо только то, что ему нравится, к чему он расположен. Допустим, кто-то из ребят станет хорошим кожевенным мастером. Тогда мы только у него будем покупать кожу.
– Зачем нам кожа? – снова удивился Филипп.
– Мы будем обтягивать ею мебель. Это будет очень дорогая мебель, дорогой мой муж.
– Но зачем мебель обтягивать кожей? Ведь на это есть ткани…
– Ты хочешь, чтобы кто-то догадался делать это раньше нас? А такие будут, и пока их нет, мы должны успевать стать первыми.
– Я не знаю, где ты берешь эти идеи, но мне становится страшновато, Полка.
– Не бойся, главное – ты на моей стороне, и пока это так, тебе бояться нечего. Солдат ребенка не обидит, - я засмеялась после своих слов, чем полностью вывела его из равновесия. Но вопросов он больше не задавал.
Мы закончили обед, дождались, когда на лесопилке хозяин погрузит доски на телеги, и последовали следом за ними на своей лошадке.
– У нас большой дом, но не настолько, чтобы вместить туда всех детей, которые сейчас на улицах. Нам нужны в будущем еще пара таких. Понимаешь, эти дети… Их можно воспитывать правильно. Можно вложить в их головы ценности, планы, стремление добиться высокого положения. Они это смогут. Но я не смогу без тебя. Ты образован достаточно хорошо, чтобы суметь нанять нужных учителей, а потом отдать детей в подмастерья хорошим мастерам.
– Я могу заняться девочками, - с энтузиазмом продолжала я. - и в этом мне точно поможет Дэйзи, и даже, думаю, будет счастлива от этого. Главное – забирать их с улицы сразу, чтобы дети не успели глотнуть этого сладкого воздуха свободы и безнаказанности.
– Знаешь, так мы сможем воспитать целое общество. И оно будет не таким, как все люди в королевстве, - задумчиво ответил Филипп.
– Именно. Это пока только планы, но главное – у нас есть цель. Мы должны оставаться подпольной организацией, продолжать поддерживать отношение с теми, кто делает документы, фальшивые деньги, - я посмотрела на Филиппа и увидела, как он опустил глаза. – Да, и об этом я тоже знаю. Но все это мы можем использовать для благого дела.
