– Как желаете, синьор, – покорно произнесла она, вновь вернувшись к своей новой роли невинной соблазнительницы.
Довольный ее кротким поведением, Рикардо вернулся к столу.
– Сегодня в восемь часов мы должны быть на одном благотворительном вечере в здании бывшего городского музея. У тебя как раз есть пара часов, чтобы найти себе подходящий наряд.
Молча кивнув, Мике развернулась к двери.
Внезапно ее ладонь оказалась в крепкой хватке мужских пальцев.
Обернувшись, девушка вопросительно посмотрела на держащего ее за руку Моретти.
– Только давай на этот раз обойдемся без очередного спектакля, – сведя брови, строго предупредил он.
Закатив глаза, девушка натянула на лицо услужливую улыбку.
– Не волнуйтесь, босс. Я вас не подведу. Всё будет на высшем уровне.
Выпорхнув из кабинета, Микелина направилась в спальню, по дороге обдумывая стиль своего вечернего туалета. Следуя вдоль длинного коридора второго этажа, она увидела сидящую на бежевом бархатном стуле Анну Марию.
Мгновенно поднявшись, блондинка тут же подошла к ней.
Все ещё злясь на эту наглую выскочку за то, что та украла у нее законное место возле босса на сегодняшнем ужине, Анна Мария была в негодовании.
Заметив ядовитую улыбку белокурой секретарши, Мике вынужденно остановилась.
– Не знаю, что он в тебе нашел, но будь уверена, долго ты здесь не пробудешь.
Вновь с силой толкнув соперницу своим плечом, словно широкий коридор позволял пройти только одному человеку, блондинка с важным видом направилась в сторону лестничной площадки.
Ещё вчера Микелина всего лишь махнула бы рукой на подобное заявление и пожелала бы удачи Анне Марии в ее сокровенных мечтах. Но сегодня у нее были свои планы на Моретти.
– Я пробуду здесь ровно столько, сколько того хочет синьор, – вдруг насмешливо проговорила темноволосая девушка, вынуждая соперницу обернуться. – А хочет он меня очень часто и просто неутомимо.
Не стерпев подобного нахальства, Анна Мария едко усмехнулась.
– Это мы ещё посмотрим.
Микелина насмешливо передернула плечами.
– Если я правильно понимаю, то вы, синьорина Ковач, не совсем из здешних мест. Я имею в виду не обычный город, а целую страну вообще.
Не совсем понимая, к чему ведет эта надменная нахалка, блондинка открыто признала:
– Мои родители эмигрировали из Польши в Италию, когда мне было три года. Так что эта страна – мой истинный дом.
– Это, конечно, весьма мило, – улыбнулась Мике. – Но запомни, дорогуша, я – итальянка. Сумасшедшая, импульсивная, бешеная итальянка.
