И на вопрос Ауле - кого же он там увидел? Павший лишь передергивал плечами:

-- Что бы ты себе не представил - он, другой…

Торопливо собирающийся Неназванный неуклюже грохнул тяжелой алебардой - упрощенной копией той, что таскает с собой Лаит. Виновато глянув на отца, он поинтересовался:

-- Пап, а как мы домой попадем? И мама-Настя там будет?

-- Кормилицы там нет, твой неугомонный брат укрыл ее в безопасном месте. А как попадем…

Ауле с интересом прислушался. На самом деле вопрос был не тривиальный.

-- У меня в Друмире появился жрец. И он станет маяком! - с ноткой гордости произнес Павший.

-- Жрец?! Откуда?!

-- Он же сгорит, освещая нам путь!

Неназываемый величественно кивнул.

-- Вера творит чудеса! Смерть во имя меня почетна и будет одарена по достоинству. По поводу “откуда” - вам также следует думать о будущем. В свое время я сделал немало закладок. Места силы, осколки алтаря, капли крови, вечные артефакты. Вероятно, кто-то наткнулся на один из даров и проникся верой…

Ауле скептически приподнял бровь, но промолчал. Вообще-то, вышедших из его рук творений по мирам разбросанно ой как немало. Уж всяко больше чем у условно боевого бога Тьмы. Но почему-то у него жрецы из пустоты не возникают…

-- Все готовы? - не дожидаясь комментариев поинтересовался Павший. - Тогда подняли щиты и плотнее в круг! Переход будет стремительным, а от того - дискомфортным. Душа смертного слишком хрупка и ничтожна, чтобы долго служить нам путеводной звездой. Да пребудут с нами Порядок и Тьма!

-- Молот и Мастерство!

-- Верность и Честь!

Прыжок!

Глава 11

-- Бумм! - эхо мирового портала громыхнуло в закрытом помещении и отразившись от близких стен до звона хлопнуло по ушам вывалившихся из арки богов.

-- Что за ересь?!

Павший выругался вполголоса и движением брови разогнал окружающий мрак. Нет, он конечно не ждал алых цветов и ковровой дорожки (хотя, почему бы и нет?) - но не сырой же и темный подвал?

-- Мой бог… - где-то совсем рядом прохрипел переполненный боли и страдания голос. А еще, в нем слышалось… облегчение?

Бессмертные синхронно повернулись.

В дальнем углу, в паутине из собственных оголенных нервов, висела голова человека.

Павший невольно дернул щекой, а нахмурившийся Ауле половче перехватил молот:

-- Это и есть твой жрец? Что-то он неважно выглядит…

Голова содрогнулась в болезненном спазме, с трудом прокашлялась комками свернувшейся крови. И вновь шевельнула обкусанными губами:

-- Прости, повелитель. Я подвел тебя… не смог перенести закольцованные сто шагов вечной боли… пытки оказались сильней моей воли…

Павший на мгновение прикрыл глаза, обращаясь к инфополю мира и считывая короткую судьбу человека. Скрипнул зубами, набухшие скулы заострили лицо бога.