У меня же попросту перехватило дыхание. Это слово вырвалось у него так просто и легко, словно он привык говорить его часто. Но ведь ни разу до этого момента так меня не называл. И уж никаких признаний я от него не слышала.
Конечно, Гервин заметил мою реакцию ‒ скрывать её было бессмысленно, тем более при нашей связи. Он остановился прямо посреди коридора, по которому мы шли, создал вокруг нас прозрачный щит, не пропускающий звуки, и мягко развернул меня к себе.
– Что случилось? – спросил, ища ответ в моих глазах. – Судя по моим ощущениям, тебя будто в ледяную прорубь окунули.
– Ничего, – попыталась улыбнуться я. Но он не поверил.
– Скажи, – попросил, глядя мне в глаза. И мягко добавил: – Пожалуйста.
Я вздохнула и ответила, как есть.
– Ты ни разу не называл меня любимой. Вот я и… растерялась, – проговорила, подбирая слова.
– Понятно, – на его губах появилась горькая улыбка, а в глазах плескалась затаённая нежность. – Прости.
Вот теперь стало ещё больше не по себе.
– За что? – прошептала, потому что говорить в голос отчего-то стало очень сложно."
"– Что всё вот так, кувырком, на бешеной скорости. Без положенных ухаживаний, романтики и прочего. Но уж такая у меня жизнь, а ты уже стала её частью. Частью меня самого.
Он на мгновение замолчал, а я с удивлением осознала, что ему непросто всё это говорить. Думаю, он вообще никогда ничего подобного не делал.
– Знаешь, никогда не думал, что женюсь по любви, – с открытой искренностью продолжил Гервин. – Это казалось мне глупостью, слабостью, чем-то недоступным наследнику престола. Я и сейчас слишком боюсь поверить, что это правда. Что ты со мной, не отказалась от меня, когда я давал тебе возможность. Не ушла, хотя не могла не понимать, что просто не будет. Осталась. Дала мне шанс быть с тобой. Позволила мне осознать, как сильно я тебя люблю.
Я смотрела на него, не в силах произнести ни единого слова. Но и взгляда от его глаз отвести не могла. Сейчас я будто тонула в нём и даже не думала спасаться.
А Герв, чувствуя моё состояние, подался вперёд, обнял меня и поцеловал в губы.
Этот поцелуй удивительным образом вернул меня из ступора. Я ответила, сама обняла своего принца, но почти сразу отстранилась.
– И я тебя люблю, – сказала, окончательно открывая для него свою душу, всю себя. – Очень люблю.
Он снова притянул меня к своей груди, обнял обеими руками и уткнулся лбом в мой висок. Несколько долгих секунд просто стоял вот так, не двигаясь и глубоко дыша, будто старался успокоиться. Словно моё признание умудрилось выбить почву у него из-под ног. А когда, наконец, заговорил, его голос прозвучал с надрывом, которого я никогда раньше у него не замечала.
– Это лучшие слова, которые я слышал в своей жизни, – проговорил Герв.
Я попыталась отстраниться.
