Следственный эксперимент

Сани резво пролетели по объездным улицам, кучер отлично знает город, маневрирует как наши таксисты. Я только рада быстрее вернуться и спрятаться в комнате, не слишком уютно чувствую себя в компании Фирса Демидовича. Очень уж он напоминает одного нашего следователя по самым запутанным делам. Мы его отчётами зачитывались, как детективными романами.

Вот и Фирс такой же, молчит, лишнего не скажет, только то, что заставит подозреваемого нервничать. Показалось, что меня специально выпроводили во дворцовый двор, знали, что Черноводов ждёт и докопается. Так и получилось.

Необузданная тяга к кольцу сдала бедного боярина с потрохами. Однако и меня тоже.

Да и выпад Фени, слишком уж агрессивный, рану на руку внимательный взгляд Фирса приметил.

Вывод: «Мне лучше молчать! А позже поговорить с князем, и как-то легализоваться в этой реальности, иначе получу неприятностей выше крыши!»

Наши сани резко затормозили, я даже не признала забор и ворота, подъехали с другой стороны, все деревья в инее, красиво, но любоваться некогда.

Кучер свистнул, и нас быстро впустили.

Во дворе уже расчищено, конюх подбежал помочь с упряжью, к нам какой-то статный молодец спешно подошёл, поздоровался, на меня только глянул, чувствую, что просто боится попасть под мои «чары».

— Архип, вы там всё проверили утром?

— Да, кое-что нашли, но несущественное. Находки в дружинной теплушке, посмотрите?

Фирс уже выпрыгнул из саней, размял ноги, поправил тулуп и вдруг посмотрел на меня с язвительной ухмылкой, проверяет, справлюсь ли?

— И что так смотрим? Я снова в чём-то виновата? — в таком же язвительном тоне отвечаю.

Архип помог мне выйти из саней, но ещё не понял, что между мной и его начальником происходит, а я, кажется, начала догадываться.

Но Фирс словно опомнился, и такое лицо у него стало деловое, видимо, забылся, загляделся и это был флирт, а я приняла за подкол. Упс!

— Катерина Матвеевна у нас умеет прошлое смотреть и настоящее. Только что убедился в этом. Сударыня, не гневайтесь на просьбу, может, глянете вещички, рукавицы и то, что Архип Палыч утром привёз с погорелого дома.

— Ах это! Конечно! Самой интересно. Но как-то так получилось, что мне надо волосы гребнем чесать, и тишину бы, тогда очень хорошо настраиваюсь, — говорю очень серьёзным голосом, хотя сама с трудом себе же и верю. Всегда была скептиком и вот, пожалуйста…

А экстрасенс-то липовый!

Не теряя драгоценные минуты, спешим в высокое строение из огромных брёвен, кондовое, добротное, мужское.

Внутри большая печь и несколько комнат, столовая и две спальни, как я поняла, и что-то типа кабинета.

Мужчины взяли у меня шубу и шапку, Феня так и висит на косе, с любопытством поглядывая на происходящее, страха в нём ни на грош, а я его уже побаиваюсь.