Впервые я отчётливо слышал в своей голове громовой голос второй ипостаси: «Моя. Только моя. Не пускать».
— Только не говори мне, что ты жаждал жениться на леди Альве.
С трудом отвожу взгляд от двери, за которой скрылась человечка, и перевожу на Вальгарда:
— Ты о чём?
— О, да ты меня не слушаешь. Повторяю: появление иномирянки очень своевременное, не находишь? Теперь ты можешь оправдать разрыв помолвки с родом Аттерлани перед своим отцом.
Я пожимаю плечами.
— Разве это что-то изменит? То, что произошло сегодня, — всего лишь отсрочка. Да и так ли это важно, на ком жениться? Брак — это всего лишь брак.
Я говорю то, что говорил всегда и считал верным и правильным. Жена — это статус, необходимость. Но почему сейчас последняя фраза кажется мне фальшивой?
— А оборот — всего лишь оборот? — хитро прищуривается Вальгард.
Он возвращает меня к тому, о чём я сам напряжённо думаю. Что не так в этой человечке?
— А, может, наоборот, в ней всё так? — подхватывает герцог.
Оказывается, последнюю фразу я произнёс вслух.
— Что ты почувствовал при обороте? — требовательно спрашивает он.
И он имеет право задавать такие вопросы. Именно Вальгард в нашей Академии занимается моей проблемой. Никто, кроме него, не знает, как тяжело мне даются обороты. И так было почти всегда, с того самого дня, когда Хаос забрал нашу мать. Во время перехода во вторую ипостась я испытываю такую боль, что временно теряю свою основную сущность. Около часа после оборота я беззащитен. И это одна из причин, почему отец поставил меня управлять Южным Пределом. Здесь тихо и безопасно. Твари Хаоса атакуют границы трёх остальных Пределов, и мои старшие братья с ними справляются. Я же остаюсь на подхвате.
На помощь я прийти могу, но вот мгновенно возникшую опасность едва ли успею отразить. И осознание этого бьёт по самолюбию сильнее самой разрушительной физической боли.
Только Вальгард в курсе этой моей особенности, и сейчас он ждёт моего ответа. Но я молчу, и герцог продолжает:
— Сегодня мне почти не понадобилось усилий, чтобы успокоить твоего дракона. Да я и вообще не уверен, что это сделал я. Ты очень быстро взял контроль над второй сущностью, а возможно даже и не терял.
Верно, не терял. Злился, бесился, но держал зверя в узде. И дракон впервые подчинился. Вот только после возвращения в человеческую ипостась он на этот раз не ушёл. Остался, и вопросы герцога ему не нравятся. Я его понимаю: нам надо время, чтобы разобраться. С чем? С кем — с человечкой.
От необходимости отвечать меня спасает резкий обрыв невидимой струны в сердце. Это невозможно. Здесь? В Южном пределе?
— Прорыв? — Вальгард застывает на месте, поймав точно такое же ощущение.
— Хаос, — вырывается у меня.
Только драконам дана возможность чувствовать всплеск магии той стороны.
