А дальше что? Я и так тебе обязана, — тараторю на эмоциях опасение.
— Забудь это слово. Абсолютно ничем не обязана. Издательство своеобразная компенсация.
— Я не приму от тебя больше ничего.
— Тогда взаймы. Идет? Ну неужели ты хочешь отираться по чужим углам?
— Мне нормально.
Упрямлюсь, как последняя идиотка. Понимаю, что Давид прав, но противостою. Может неверный шаг, неразумный, возможно, перебарщиваю. Но черт побери! Я имею право сомневаться.
Барский выдыхает сквозь сжатые зубы. Он максимально держал себя в руках весь вечер, но моя упёртость его подрывает. И хрен с ним! Меня не остановить. С вызовом смотрю на породистое лицо, даже руки на груди скрещиваю. Меня словно заклинило, прет ужасная ослиная придурковатость, я уже с трудом понимаю сама за что борюсь и что пытаюсь отстоять.
— Дин, хватит. Давай разумно подойдем к делу. Я же сказал, что дам взаймы тогда. Потом вернешь, если так горит. Бред какой-то… — темнеет лицом и взрывается. — Да любая бы взяла с удовольствием. Дина! Просто прими от меня эти гребаные квадратные метры!!! Я их уже купил, мать твою.
— Я не любая их твоих этих!
— Да нет никаких этих! — громко орет Барский. — Все. Аут.
— Ты врешь! А вообще-то мне все равно! Хоть вагон! Наплевать!
— Прости, Дин, Дина, да стой ты, — хватает за руку и затягивает назад в салон. — Я не могу смириться с тем, что ты живешь у Ворона. Ты… Ты… — взгляд мечется по моему лицу, то и дело останавливаясь на моих губах. Меня и саму начинает неслабо колотить. — Не ходи туда. Поехали покажу, что купил. Не понравится, другое подберем. Не ходи только.
Барский взволнован и часть его оглушительных переживаний передается мне. Трясет, как былинку. Между нами каких-то несчастных десять сантиметров, натужное дыхание почти смешивается. Я чувствую его запах, тягучую ауру и еще много всего. Тону и Давид тоже тонет вместе со мной.
Господи, что происходит?!
— Я не …
— Дин, прошу.
Сглатываю ком. Мозги совсем отказывают, потому что я произношу следующее.
— Едем. Посмотрю.
— Да? — хрипит Барский, перебирая мои пальцы. Так касается, что колени подгибаются.
— Да.
— Посмотрим и все?
— Д-да… А что еще?
— А мебель поменять? Вазы и разную другую хрень… Кровать…
— Кровать? Это… Это в другой раз.
— Да?
— Да.
— В этот не выйдет?
— Ночь уже. Мебельные закрыты.
— Интернет-магазины есть. Едем.
Глава 38
— Это слишком, Давид.
— Ты стоишь больше, — протягиваю ей руку. — Идем.
Дина несмело жмется к стене, будто впервые оказалась на пороге неплохой квартиры. Она видела больше, стесняться нечего. Только ее неловкость я кожей ощущаю. Что такое? Неужели так сильно ударили последние новости, не понимаю.
На самом деле квартира принадлежит мне уже давно. Приобретал просто как вложение средств, она меня чем-то зацепила.
