Как он мог? Мало того, что любовницу завел, так еще с какими-то шлюхами развлекается. Да он вообще больше никогда ко мне не притронется.
Мудак.
Но как теперь мне делать вид счастливой любящей жены? Или все к черту? Не строить из себя ничего незнающую клушу? Заявить ему с порога, что он урод и пусть проваливает на все четыре стороны?
Жить с ним я больше не хочу. Не могу. Это была последняя капля, переполнившая чашу моего терпения.
Может, уже сегодня собрать вещи и уйти? Первое время поживу у Лики. Потом сниму квартиру. Найду работу. И будет все хорошо. А Бертик пусть сам разбирается со своими бабами.
Интересно, а Алина то знает про его кутеж на стороне? Вот удивится наверное.
И ту я начинаю чувствовать злорадство. И даже какое-то удовольствие от того, что любовница оказалась на моем месте. Теперь и она испытает всю гамму чувств.
Меня опять тошнит. Связать с пищевым отравлением я это не могу. Вроде вчера я не ела ничего экзотического.
Я звоню Лике и прошу ее приехать. Она появляется у меня к обеду с тортом в руках.
— Зачем опять эти калории? — смотрю я на полуторакилограммовый торт. Очень аппетитный и судя по дате свежий.
— Затем. Я так понимаю, опять что-то произошло.
— Ага, — киваю я, — не поверишь.
Она заходит в коридор, раздевается и бежит на кухню скорее резать это шоколадное удовольствие. Я плетусь за ней. Сил у меня нет, ноги слегка дрожат. И правда ощущение, что отравилась.
За столом показываю ей фото. Она начинает громко смеяться.
— Ты серьезно? — хохочет она. — Он изменил любовнице со шлюхами? Вот это умора.
— Очень смешно.
— Прости. Не хотела тебя обидеть. Но это так весело. Ты только вдумайся. Изменить любовнице.
— Вообще-то я уже не хочу об этом думать. Мне противно. Понимаешь? Он мне омерзителен.
— Понимаю, — кивает она, отламывая вилкой большой кусок торта.
— Как мне с ним жить под одной крышей? Как?
— Тогда пора с ним поговорить. Другого пути нет.
— Но тогда мне придется уйти в небытие. Я не могу пока себе это позволить.
— Тогда терпи. Что я могу тебе еще посоветовать.
— Легко сказано — терпи. Ты вообще представляешь себе, как это? Он приходит домой каждый день, делает вид, что у нас все хорошо, улыбается, целует меня. А я знаю все. И даже больше. Как я должна реагировать? Что ему говорить? Я же не актриса, я не смогу на постоянной основе делать вид, что ничего не происходит. И не хочу я делать этот вид.
Я тоже отрезаю себе большой кусок и начинаю жадно есть. Как будто никогда не ела торт.
— Не представляю. Но если ты не можешь терпеть — выход один. Ты должна уйти от него.
Я вздыхаю. Опять должна. Всегда должна. Всю жизнь я всем что-то должна. Надоело. Не хочу. Пусть все катятся к чертям.
— Ничего я не должна, — в голосе звучит недовольство. — Понимаешь, я постоянно на нервах.
