– Клим, как ты мог, я никогда бы не подумала, что ты способен на кражу, – начала обвинять мужа Ольга, наигранно вздыхая и заламывая руки. – И с кем я жила…
– А теперь к вам, Ольга Максимовна, – перешел следователь к жене Клима. – Скажите, что вы вообще делаете в пансионате? В качестве кого вас привез господин Глобин?
– На что это вы намекаете, уважаемый? – гневно произнесла блондинка. – Я порядочная женщина, не надо напраслину наводить. Я служу главной горничной в доме Владимира Владиславовича Глобина. И не более того.
– Тут не дом господина Глобина, а пансионат, куда пригласили вашего хозяина отдохнуть на неделю. Зачем он взял вас с собой? Обслуживающего персонала тут хватает. Или вы в «Солнечном» оказывали ему какие-то особенные услуги?
Ольга гневно поджала губы и сложила руки в замок, давая понять, что она закрыта и не желает отвечать.
– Что за глупые инсинуации? – заступился за женщину Глобин.
– И еще вопрос: где вы, Ольга Максимовна, были в субботу с часу дня до двух? – продолжил майор, не реагируя на слова мужчины.
– Я не помню этого, – фыркнула Тихомирова. – Никогда не запоминаю распорядок дня. Сегодня одно, завтра другое.
– Майор, прекратите третировать женщину. Это некрасиво с вашей стороны, – опять заговорил Владимир Владиславович.
– Это моя работа – вести допрос преступников. Или вашу… – сделал паузу следователь, словно решая, как назвать Ольгу, – главную горничную нельзя опрашивать по какой-то причине?
– Майор, – резко ответил мужчина и подскочил на месте.
– Сядьте, Глобин. Имейте терпение. Скоро и до вас доберемся, – пообещал Яковлев. – Продолжим, Ольга Максимовна. Что же вы делали в субботу в номере Владислава Олеговича Глобина?
– Ну уж нет, я не поведусь на провокации, – гневно заявила женщина. – Я никогда не была в номере старика."
"– Однако видеокамеры говорят обратное. Вы пробыли там полчаса, в то время как сам хозяин комнат находился в столовой. Так что я повторю свой вопрос: что вы делали в номере Глобина-старшего?
Ольга снова поджала губы, нервно передернула плечами, бросила взгляд на любовника и все же ответила:
– Хорошо, так уж и быть, я расскажу все. Да, я действительно заходила к старику Глобину. Но только для того, чтобы оставить ему свежий выпуск газеты, который просил отнести Володя… Владимир Вячеславович, – поправилась она.
– А почему нельзя было лично передать газету? – с иронией поинтересовался Яковлев.
– Как мне было приказано, я так и сделала, – резко ответила женщина, не понимая, что этой фразой выдает любовника с головой.
– Хорошо, пусть будет газета. Хотя на это вам хватило бы и пары минут. Вы же пробыли в номере намного больше.
