Нельзя сказать, что попытка примирить две семьи провалилась. И все же Глобины и Симцовы так и не стали родней. Лишь Маша с Полиной все так же дружат, да мы стали общаться с Олегом.
За эти два года я почти не видела Диму и была этому рада. Конечно, бывший муж не забыл про дочь, он иногда созванивается с ней, общается с Машей в мессенджере. Они встречаются в кафе под присмотром няни, при этом Дмитрий не спрашивает обо мне ни слова. Меня это устраивает, я не хочу более близкого общения с бывшим мужем."
"Маша привыкла, что у неё появилось два папы. Один – биологический, как она называла Диму.
Аллу, Владимира Вячеславовича, Клима и Ольгу посадили. Теперь мы их долго не увидим, что, безусловно, радовало не только меня.
Произошедшее с сыном сильно ударило по Вячеславу Олеговичу. Глобин-старший никак не мог поверить, что его сын решился избавиться от него. Здоровье Вячеслава Олеговича пошатнулось еще сильнее. И через год после того юбилея он умер.
Мне было жаль старика. В последний год его жизни мы часто переписывались с ним и даже встречались пару раз.
Уход друга детства стал тяжелым испытанием и для моего дедушки. После этого Симцов-старший тоже сильно сдал, но он все-таки держится. Часто говорит, ему есть ради кого жить, и он еще успеет встретиться со Славой на том свете.
Сваха из меня оказалась никудышная, все получилось с точностью до наоборот того, что я предсказывала. Андрей нашел себе жену из окружения Олега. А Олег влюбился в помощницу Андрея.
Олег так и возглавляет «Печатный дом Глобиных». Нашумевшая в прессе история о преступлениях Владимира Вячеславовича плохо сказалась на репутации издательства. Глобину пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить имя любимого детища деда.
Семь месяцев назад, почти в одно время, у Андрея и Олега родились сыновья. Плохое постепенно забывается. Жизнь не стоит на месте, и новое поколение Симцовых и Глобиных тому доказательство.
Семь месяцев назад в Москву вернулась Таисья. Они с мужем более трех лет прожили во Владивостоке. Мы со старой подругой наконец-то встретились вживую и вдоволь наговорились.
Со свекровью я быстро нашла общий язык, как и обещал Егор. И даже называла Валентину Петровну мамой, а Маша считала ее бабушкой. Оля и Максим тоже хорошо приняли меня. Оля почти сразу начала называть меня мамой, девочке не хватало материнской ласки.
