Свободу мамке и сеструхе купил за коины. Позавчера… Ну как турнир закончился… Пётр сказал, что и ему с сыном свободу дали. Как младшой всё оплатит, так всю семью и вывезут… Завтра то есть.
После объяснений бригадира я всё понял. Видимо, Марк должен в лобби Стены передать оплату коинами некоему куратору Дзержинска. А это можно сделать только первого числа, когда Стена призывает одарённых. Другими словами, Марк со всей семьёй пока находится в Дзержинске.
* * *Семья Циолковских проживала на окраине города в старом бревенчатом доме, стоящем посреди пшеничного поля. Рядом имелся клочок леса в виде нескольких деревьев. Со слов бригадира, здесь раньше жил комбайнёр. Мужик десять лет назад получил свободу, и его дом заняли прибывшие в город Циолковские.
Уже тут, в Дзержинске, Марк пошёл в шестой класс школы. Другими словами, парень видел и знает, что такое жизнь на воле. Здесь, в Дзержинске, родилась Света Циолковская — младшая сестра Марка. Здесь он закончил школу, поступил в институт и пробудился как одарённый.
Обо всём этом я думал, стоя недалеко от дома Марка. Внутри чувствовались ауры трёх живых существ, но никто из них не был одарённым.
[Марка нет дома,] — оглядевшись, я нашёл дорогу, ведущую через пшеничное поле в сторону города. — [Он пройдёт где-то тут.]
Найдя неподалёку от дороги камень, я примостился к нему и стал ждать. Неожиданно пришло сообщение от наставницы:
«Отключи телефон. Местные проводят триангуляцию сигнала всех номеров, не входящих в городскую сеть заключённых. Пирожки прям огонь! Мы с Мудрейшим выкупили все запасы».
Вместо отключения телефона я закинул его в личное хранилище. Оно экранировано от всех сигналов.
Циолковский появился минут через сорок. Парень спокойно шёл по просёлочной дороге в сторону дома. Подойдя к приметной каменюке, Марк остановился. Я сменил свою внешность на Михаила Довлатова, которым был всю свою прошлую жизнь. Узнать во мне Макса Граута теперь мало кто способен.
Циолковский хмуро оглядел меня с ног до головы.
— Чак Норрис настолько крут, что приходит в город-тюрьму на прогулку, когда захочет, — в глазах парня читался смех. — Какими судьбами, босс? Парни в нашем чате Первопроходцев уже волноваться начали. Думают, ты не вернёшься.
— Так и есть. Я туда больше не зайду, — сказал я, внимательно смотря на Марка. — В ближайшие месяцы, а то и годы, меня много кто будет искать. Не хочу стать чёрной звездой в их документах.
— Ты уже ею стал, — Циолковский усмехнулся и показал сумку в своих руках. — Я из института документы забрал. Как нас из Дзержинска вывезут, продолжу учиться на инженера. Батя говорит, всего на свете одарённость не определит. Надо уметь и в науку думать.
Перестав улыбаться, Циолковский посмотрел на меня с серьёзной миной."
"— Спасибо тебе, кэп.
