Kalip

Кай бросил взгляд на окна, на них была красивая кованая решётка. Он обошел своё новое помещение, увидел, что ещё одна дверь ведет в ванну с чистыми полотенцами, развешенными на крючках. Но сейчас лезть мыться не было сил. Он доплёлся до кровати и лёг прямо на покрывало. За всё это время это была настоящая кровать, а не сложенный парашют на полу самолёта и не деревянные доски в виде настила в его камере — это была именно кровать: мягкая, чистая и душистая. Ощутив это всем телом, он моментально заснул.

Проснулся поздно, судя по лучам солнца и часам на стене, показывающим час дня.

Огляделся. Да, это явно не покои Аршада, которые он видел вчера, проходя по дворцу, где роскошь и изобилие поражало взгляд, но, в целом, это была богато обставленная комната в восточном стиле. На кресле он увидел одежду: светлые шаровары и такой же светлый халат из дорогой ткани. Кай вспомнил о душе, увиденном вчера. Вот сейчас он уже ни о чём более думать не мог. Ему не важна была его неясная судьба и вообще всё, что произошло. У него было одно желание — встать под струи тёплой воды и всё с себя смыть. Он схватил одежду, понимая, что после надеть свою, пропитанную потом, грязью и кровью вчерашних врагов он уже не сможет. Кай зашёл ванну. Ощутив воду на своём теле, он понял, в чём счастье.

Наверное, он час стоял под душем. Там было предостаточно баночек с гелями и шампунями, которые он на себя лил и потом тёр себя мочалкой. Казалось, такой слой грязи нереально смыть. Наконец с усилием воли закрыл воду и завернулся в огромное мягкое полотенце.

***

Когда Максуд зашёл к своему загадочному пленнику, как он его стал для себя называть, то замер в дверях.

Тонкий и стройный юноша пластично и мягко повернулся к нему, он уже был одет в шаровары и халат и сейчас стоял посреди комнаты. Если бы не блеск глаз, Максуд не поверил бы, что это он — тот оборванец у самолёта! Хотя нет, уже тогда под слоем грязи и усталости он разглядел его, но сейчас…

Еще мокрые, отросшие за это время волосы на голове вились в крупные локоны и поблескивали от влаги на них. Кай сделал непроизвольное движение, откидывая с глаз упавшие локоны, и посмотрел на вошедшего Максуда.

Максуд приблизился.

— Здравствуй.

Хорошо ли ты спал? Тебе сейчас принесут еды. Как тебя зовут?

— Не важно, как меня зовут, — Кай сейчас хотел услышать, что теперь с ним будет. Ведь, в целом, он бежал из камеры своего заключения и не факт, что сейчас они вспомнят его боевые заслуги.

Максуд пропустил мимо недружественный тон пленника. Да и понятно: когда твоя судьба тебе не известна, не будешь особо дружелюбным."

"— Великий Шейх Аршад передаёт через меня благодарность за его спасение и просит быть его гостем. Сейчас он уехал.