Но все, что делается, к лучшему. Света, наконец, поймет, с кем связалась. В конце концов, она может уехать с ним в столицу, станет его любовницей. Он о ней позаботится.
Андрею нравилось, как он все спланировал. Он не учел лишь одно — силу женского упрямства.
Глава 5. Вседозволенность
Большая часть гостей разъехалась. Еще на пару дней остался лишь Андрей Ветров и несколько наиболее приближенных к нему людей. Днем у них были какое-то важные совещания, а по вечерам гости разбрелись кто куда. Я же отсиживалась в спальне, опасаясь нос за дверь высунуть. Нет уж, теперь меня отсюда не выманить никакими пряниками."
"Рома ушел рано утром, еще до того, как я проснулась, и мы снова не поговорили. Как хозяин дома он обязан был позаботиться о гостях. Ирина тоже не торопилась навестить меня. Так что я изнывала от скуки, запертая в четырех стенах. Узница собственного дома.
День тянулся бесконечно. Мне совершенно нечем было заняться. Телевизор быстро наскучил, рукоделием я не увлекалась. Книг и тех в спальне не было. Чтобы взять что-то почитать, надо выйти из комнаты и добраться до библиотеки, а это рискованно.
Лишь когда солнце коснулось горизонта, в дверь постучали. Я бросилась открывать, надеясь увидеть мужа, но на пороге стояла Ира. Вид у нее был такой, что я не сразу ее узнала. Лицо отдавало желтизной, а глаза походили на провалы в земной коре. Померещилось, будто сама смерть заглянула ко мне в спальню.
Прижав руки к груди, я попятилась.
— Что-то с Р-ромой? — спросила, заикаясь.
— Он жив и здоров. Что ему сделается, — отмахнулась она.
— Почему тогда на вас лица нет?
Ира какое-то время смотрела молча, а потом заговорила официальным тоном:
— Я пришла по просьбе Ромы. Он велел тебе собраться и идти в спальню к Ветрову.
— Что это значит? — я хлопала ресницами, не понимая, куда она клонит.
А Ирина, между тем, времени даром не теряла. Пошла и включила воду, чтобы набрать мне ванную.
— Это значит, — ответила она, — что эту ночь ты проведешь в постели Ветрова.
— Зачем? — я внезапно перестала понимать человеческую речь.
— Не проси меня объяснять тебе, что мужчина и женщина делают наедине в спальне. Думаю, Рома уже просветил тебя на этот счет в вашу первую брачную ночь.
— Где Рома? — я рванулась к двери, но Ира преградила путь. — Я хочу, чтобы он лично сказал мне это. Позовите его. Пусть посмотрит мне в лицо и скажет, что продал меня!
Я билась в руках Иры, но хватка ведьмы была крепкой — ни единого шанса вырваться. В конце концов, я обмякла и разрыдалась. Как подобное возможно? Почему Рома допустил это? Почему не выставил Андрея из дома? Так ведь не бывает. Мужья не торгуют женами!
Я знала ответы, но отказывалась их принимать. Рома испугался, струсил. Решил, что деньги важнее женщины.
