Они быстро обыскали то место, где ещё недавно медленно танцевали раздетые мужчины и пьянствовали наши герои, ничего не нашли и, развернувшись, тем же строевым шагом направились обратно.

Бдительная израильтянка не спеша опустила ствол автоматической винтовки. Вообще-то она даже любила загадки, только простые, типа: «Сто одёжек и все без нормальных пуговиц» или «Сидит Сара в темнице, а бритая коса на улице», ну и так далее… А загадки сложные, противоречивые, бессмысленные и не имеющие ответа в одно слово, её искренне раздражали. К таким она логично относила временное исчезновение домов, появление Белого Братства и пропажу любимого подъесаула.

Здание, кстати, появилось. Но, разумеется, совсем другое, теперь это был сияющий яркими витринами магазин, торгующий эротическим бельем для мужчин и прочими прибамбасами…"

"А Иван Кочуев пришёл в себя от безудержно слепящего света, бьющего в глаза. Как вы помните, умиротворить его до полусонного состояния всего парой бутылок хорошей водки было нереально, поэтому он вполне отдавал себе отчет в происходящем. Ещё минуту назад он тупо пялился на улыбчивых извращенцев, явно строящих ему глазки, и лишь подкручивал ус, с трудом удерживаясь оттого, чтоб с досады не плюнуть на пол.

Не то чтобы он сам по себе был так уж агрессивно воспитан в плане отношения к лицам нетрадиционной ориентации. Быть может, даже наоборот, как филолог и образованный человек, он не мог отрицать, что геями были многие действительно великие люди, и воспринимал это как данность. Но вот как казак…

О, как подъесаул, то есть уже почти офицер, старший чин в войсковом реестре, он не мог позволить себе ни малейшей поблажки, и окружающие тонко это чувствовали. Обижались скорее всего, но рукам волю не давали, ограничиваясь томными вздохами и укоризненным перемигиванием…

— Сидите смирно. Не надо дёргаться, будет больно, — раздался знакомый голос демона, и из волны света чётко появились те же самые оранжевые глаза. — У нас образовалась ещё пара вопросов. Оказывается, сведения, которые вы о себе сообщили, неполные…

— А я вам вообще хоть что-нибудь о себе говорил? — Молодой человек вовремя вспомнил тактику ведения диалога по-еврейски. Допрашивающий этого не учёл и купился сразу…

— Почему вы не сказали, что договор не был надлежащим образом подписан и скреплён кровью?

— А как вы догадались?

— Мы видим каждого человека насквозь! — Голос вознёсся к патетическим высотам.