– Я такими темпами скоро вообще ходить не смогу!

- А куда тебе ходить? – я дергаю ее ягодицы на себя так, чтобы заполнить ее всю, до края. И снова искры из глаз от того, что она уже начинает дергаться и дрожать крупной дрожью. Внутри.

- Твой маршрут на ближайшее время, - до душа и обратно в постель! И я уж как-нибудь смогу тебя донести в эти две точки!

Глава 72. ЭПИЛОГ

- Папаша, она и без вас родит, - шипят мне в спину, но я даже не оборачиваюсь.

- Я с тобой. Все хорошо, - шепчу, крепко держа ее за руку.

Глаза, как огромные блюдца, - испуганные и совсем несчастные.

- Тужься, - прикладываю холодную руку ко лбу Кати.

И снова начинается этот кошмар для нее. Комкая мою руку, она кричит и одновременно слезы градом текут по ее щекам. Время остается где-то за гранью палаты. Только этот сумасшедший крик, выплескивающий мое имя. Только крепко сжатая в моей ладони маленькая рука. Только огромные глаза Кати. И никакой возможности взять на себя ее боль или хоть как-то ее унять.

- У вас мальчик, - я даже не успеваю посмотреть, кто у нас там, когда к Катиному крику присоединяется новый. – Не боитесь взять на руки, папаша?

Осторожно, как будто я могу ему что-нибудь сломать, беру маленький горячий комочек.

Определенно, Фортуна таки на моей стороне, - потому что черные волосы, и, главное, очень знакомый взгляд карих глаз, не оставляют никаких сомнений в том, что я таки папаша.

И по тому, как этот маленький бандит кривит свой носик, я уже догадываюсь, кто в ближайшее время будет мять и терзать мою любимую грудь, не оставляя мне шансов. Потому что эта малявка знает гораздо лучшие точки давления на нашу с ним самую любимую женщину.

И бороться с этой копией меня будет совсем не просто!

Улыбаясь, передаю малыша Кате, чувствуя, как из глаз катятся слезы. Но мне даже не стыдно. Мужчины тоже могут плакать. Особенно, когда так безгранично счастливы.

- Смотри, - обвожу пальцем по родинке возле его пупка. Такая же тонкая спираль, как у меня, - всегда ее стыдился, а став чуток постарше, начал всем говорить, что это такая татушка. – У тебя еще есть вопросы?

Катя только всхлипывает, прижимая малыша к груди, пока я их обоих осторожно обнимаю.

- Там мои родители за дверью.

Покажем им малыша?

Носик Кати начинает кривиться точно так же, как и у нашего маленького сокровища. Ну, нет, они не будут из меня вместе вить веревки! Пусть даже и не думают!

- Кать, ты чего? – родители виделись с ней за все время всего один раз, на нашей скромной росписи. И тогда Катя тоже их как-то слишком избегала. Они ей не нравятся? Но как могут не нравится те, кого ты даже почти не знаешь?

- Я боюсь, - наконец выдыхает она.

- Чего? – вот снова что-то новенькое!

- Твоих родителей.