— Про город — это в краеведческий музей, — рассмеялась Ляля. — Хотя в музеи сейчас только динозавры ходят.
— Динозавры? — не понял я.
— Что — то у тебя совсем с чувством юмора плохо.
— С чувством юмора у меня хорошо. У меня с динозаврами плохо, — буркнул я.
Ну правда, с чем-чем, а с юмором у меня проблем никогда не было. У других из-за моего юмора были проблемы, это другое. А тут такие обвинеңия… Эти динозавры, которые ходят по музеям, меня уже заранее раздражали.
— А что там есть, в этом «музее»? Интересное для динозавров?
Ляля рассмеялась, будто я пошутил. Χотя чувство юмора тут совсем не при чём.
— Ну там всякое… Про город. Про край. Про животных разных, предметы старины, — стала перечислять Ляля."
"— О, хочу! А это далеко?
Ляля вынула свой телефон (он же будильник, oн же средство делать фото и видео, он же предмет для разговора издалека) и стала тыкать в него пальцем.
— Нет, тут недалеко. Ленина, 118. Это из парка и… — она показала рукой направление.
Похоже, девушка не очень представляла, где этот «музей» находится, то есть к динозаврам себя не причисляла. Однако быстро нашла нужное в телефоне. Как это всё помещается в такой крохотной штучке? У нас один артефакт — одна задача. Нужно найти Инженера. Хотя как его найти в такой толпище ңарода?
— Благодарю, — кивнул я.
Между нами опять повисло неудобное молчание.
— Ну когда уже твоя обещанная скорая приедет? — она заёрзала на стуле. — И еда когда будет?
— Не спеши. Сперва там будет клип, — я показал на светящуюся штуку, где непонятными словами пел какой — то очень черный мужчина в цветастой одежде.
— Какой?
И тут началась та самая мелодия, появилась машина и то здание, которое поющая девушка с розовой «выхухолью» и в нижнем белье в конце концов сжигает.
— Вот. Этот. Уже скоро.
Ляля, судя по виду, не поверила.
— А еда будет позже готова, когда все уже уйдут.
Взгляд девушки стал ещё более подозрительным, но я же не виноват?
— Ну ладно, — процедила она сквозь зубы.
И тут в дверь вошёл красный толстый мужчина.
— Вот, смотри, он сейчас воду купит, одну выпьет сразу, а потом вторую следом! — наклонился я к Ляле.
— Тю! Так здесь если подождать какое — то время, по — любому какой-нибудь жиробас зайдет и воду купит, — фыркнула она явно громче, чем следовало.
Мужчина покосился в нашу сторону, но всё же купил две бутылочки воды и сел за соседний столик. Я застыл, даже дышать стал через раз. Немного поcидев, мужчина взялся за сердце. Его лицо покраснело, искривилось, и он ударился лбом в столешницу.
Ляля переводила взгляд с меня на мужчину, с мужчины — на меня. Пока владелец заведения разбирался с больным, говорил в телефон, я смотрел на толстяка и думал, что не хочу день изо дня смотреть, как он при смерти бухается в стол.
Потом помог уложить его на пол.
