— Знаешь… — начал он, снова залезая в шкаф и доставая другой, уже прозрачный пакетик. — Если тебе так плохо, у меня есть кое-что покруче ксанакса. Действует моментально.
Он тряхнул пакетик, полный продолговатых таблеток мшисто-зеленого цвета.
Пиппа уставилась на них, задумчиво закусывая губу.
— Круче?
— Намного.
— А что это? — уточнила она, буравя таблетки взглядом.
— Рогипнол. — Люк встряхнул пакетик. — Вырубает мгновенно.
У Пиппы все внутри сжалось.
— Нет, спасибо. Уже пробовала. — Она не стала уточнять, что эту дрянь откачивали из ее желудка, когда Бекка Белл десять месяцев назад кинула таблетки ей в кружку с чаем.
— Как хочешь, — отозвался Люк, убирая пакетик в карман. — Если передумаешь, предложение в силе. Хотя стоят, разумеется, дороже.
— Разумеется, — эхом повторила Пиппа, пребывая мыслями далеко отсюда.
Словно в тумане она повернулась к двери. Люк Итон прощаться не стал — он, впрочем, и здороваться не любил. Может, сказать ему, что сегодня точно последний раз и он ее больше не увидит?
Но как тогда бороться с бессонницей?.
В голову пришла неожиданная мысль. Пиппа развернулась на каблуках и прошла обратно в кухню, где сказала совершенно иное, нежели планировала изначально:
— Люк, эти таблетки — рогипнол… ты их еще кому-то продаешь? У тебя их кто-то покупает?
Люк недоуменно заморгал.
— Макс Хастингс, верно? Это он их у тебя берет? Высокий такой, с длинными светлыми волосами, болтливый. Он? Он берет у тебя таблетки?
Люк не ответил.
— Это же Макс? — настойчиво, звенящим голосом переспросила Пиппа.
Люк напрягся, мигом забывая про жалость.
— Ты знаешь правила: никаких вопросов.
"Выходя из дома, Пиппа скомкала в руке пакетик. Хотела хлопнуть за собой дверью, но передумала. Сердце забилось чаще, наполняя голову треском ломающихся ребер. В тени уличных фонарей прятались мертвые глаза. Если Пиппа моргнет, то увидит их в темноте.
Правда ли Макс покупает у Люка таблетки? Раньше он брал их у Энди Белл, а та, в свою очередь, — у Хоуи Бауэрса.
У Пиппы скрутило живот; еще чуть-чуть, и ее вывернет прямо на дорогу.
Она согнулась пополам, дыша через силу. Пакетик в руках хрустнул. Ждать невозможно.





