Оба нахмурились, но ничего не сказали в ответ."

"– Я хочу вам сказать, что там очень хорошие камни, – продолжала Дагния Карловна. – Я видела каждый камень, который шлифовал мой муж, – они были настоящими произведениями искусства. Они нашли клиентов, которые готовы были заплатить большие деньги и перевести их в нужные банки. Но Северцова и моего Юриса убили не они. Клиенты не стали бы их убивать. Это сделал кто-то другой. Перед уходом на берег Юрис сказал мне, что убийца Северцова наверняка хотел знать номера банковских ячеек. И поэтому не сразу убил Игната Никодимовича. Возьмите Талвеста, и он покажет вам этого человека. Он умный и хитрый, но вы его сможете взять. Все зависит от вас.

Она закончила говорить и пошатнулась. Закрыла глаза. Потом снова их открыла.

– Найдите его, – сказала она с невыносимой ненавистью, – найдите его и пусть он знает, что это я помогла вам его найти.

Она снова закрыла глаза.

– Давай за врачем, – предложил Дронго, – она, видимо, со вчерашнего дня ничего не ела и не пила.

Роберт поднялся и поспешно вышел. Дронго остался один. Он терпеливо ждал, когда появится Пятраускас. Внезапно Дагния Карловна снова открыла глаза. Взглянула на Дронго.

– Ты кто? – спросила она.

– Я эксперт по вопросам преступности, – ответил Дронго.

– Ты сумеешь найти убийцу моего мужа?

– Постараюсь.

– Найди, – попросила она, – и когда найдешь, скажи, что я просила передать: пусть он горит в аду. Хотя мы тоже все будем гореть в аду. Но он пусть всегда помнит, что это я помогла тебе его найти.

– Талвест не говорил, кто этот человек?

– Я никогда не спрашивала. Но Юрис его знал. Лично знал. Он всегда удивлялся, какой тот умный и хитрый. Говорил, что он любит читать книги и оттуда узнает много интересного.

– Книги вообще полезно читать, – он нарочно пытался поддержать разговор, чтобы она не потеряла сознание до того, как здесь появится врач.

– Ты не понял, – сказала она с обидой, – не просто книги. Он все время разные хитрости придумывал. Из книг их все время брал. Теперь понимаешь?

– Начитанный человек, – кивнул Дронго, – конечно, понимаю.

Он вспомнил про двенадцать ударов. Конечно, это сделано было нарочно. Последние три или четыре удара уже наносились мертвому человеку. Но убийца хотел еще и запутать следы таким образом. Двенадцать ударов, двенадцать свидетелей. Если Дронго или кто-то другой появится у кровати погибшего, то он может подумать про двенадцать палачей, появившихся в этой каюте, как в знаменитом романе английской писательницы.

– Найди его, – сказала она и снова закрыла глаза.

В каюту буквально ворвались врач, санитар и Роберт Пятраускас. Она уже теряла сознание, когда ей сделали укол. Через несколько минут ей уже вводили глюкозу.