Ему совсем не хотелось ссориться с Интерполом, имея два трупа на корабле. И он приказал Жербалю достать второй ключ и открыть нужную каюту. Жербаль принес ключ и с мрачным видом проигравшего открыл дверь, не решаясь туда войти. Возможно, в каюте лежал еще один труп. Но в каюте никого не было. Царил обычный беспорядок.
– Мы должны обыскать каюту, – решил Миго, – прошу вас никуда не уходить, мсье Жербаль. Вы старший помощник капитана и являетесь представителем французских властей на этом корабле.
Они тщательно обыскали каюту, но ничего особенного не нашли. Только несколько пачек сигарет, бутылка виски, две зажигалки. В кармане пиджака обнаружили портмоне с паспортом Талвеста и его кредитными карточками, из чего можно было сделать вывод, что он все еще находился на корабле, ведь не станет человек делать попытки сбежать без своих документов и денег. Но на дне чемодана опытный Роберт нащупал какие-то бумаги за подкладкой. Они разорвали подкладку. Это были фотографии бриллиантов. Даже на взгляд дилетантов, бриллианты были идеальной формы и чистой воды.
– Нужно будет проконсультироваться с Ваккером, – предложил Дронго. – Если это те самые камни.
– Вот вам доказательство его вины, – торжествующе сказал Миго, – это он убил Северцова и задушил Зигнитиса. А теперь где-то прячется на корабле. Нужно отдать приказ о его поимке. Он не мог отсюда сбежать, как уверяет меня господин Дронго.
– Уже поздний вечер, десятый час, – напомнил Жербаль, – мы не можем беспокоить наших пассажиров. Завтра утром мы начнем поиски вашего подозреваемого. А сейчас я закрою и опечатаю каюту.
– Лучше прислать сюда матроса, – возразил Миго."
"– У нас нет столько свободных матросов, – разозлился старший помощник, – достаточно и того, что они сегодня весь день занимались вашими проблемами. Охраняли один труп, таскали другой, арестовывали одного подозреваемого, обыскивали другого. Все, хватит. Завтра утром начнем поиски вашего убийцы. Если он спрятался здесь, то мы его найдем. Сбежать в океан он все равно не мог.
Миго взглянул на остальных мужчин и согласно кивнул головой. Затем они втроем поднялись, чтобы найти Ваккера. Тот находился в своей каюте. Очевидно, соседство с каютой Северцова теперь вызывало у него панический страх. Он долго не соглашался открыть двери, даже услышав голос Дронго. А когда наконец открыл, выглядел очень неважно.
Дронго показал ему фотографии.
– Это те самые камни? – спросил он.
Борис Сигизмундович взял фотографии, внимательно их просмотрел. Надел очки. Было заметно, как жизнь постепенно возвращается к нему. Когда дело касалось бриллиантов, он словно оживал.
– Да, – с явным восхищением произнес Ваккер, – потрясающие камни. Целая коллекция. Просто отборные экземпляры. Я бы на их месте...
