Неожиданно для себя, закрываю глаза и засыпаю. Мебель отвратительная, у меня затекли плечи и шея.

– Какого черта ты делаешь в моем кресле? - резкий вопрос, от которого я дергаюсь и мгновенно пробуждаюсь.

Наташа стоит надо мной, укутанная в одеяло и смотрит требовательно, ожидая ответа. Она бледна, возможно у нее снова поднялась температура, и теперь вместо того, чтобы болеть в одиночестве, она вынуждена терпеть мою физиономию.

И даже осознание этого не может вытолкнуть меня из гребаного кресла, из полуразрушенной квартиры, из жизни светловолосой феи.

– Сплю, - отвечаю я и двигаю шеей из стороны в сторону, пытаясь скинуть с себя напряжение.

Наташа смотрит на меня некоторое время, окидывает внимательным взглядом помятую футболку, проходится по рукам, забитым татуировками, и опускает глаза еще ниже, рассматривая широко расставленные ноги.

А следом разворачивается и уходит в кухню. Я же насилу принимаю вертикальное положение, а потом, как пес, иду за ней.

Наташа уже залезла на стул с ногами и с пустым взглядом следит за электрическим чайником, в котором кипит вода. Я остаюсь стоять в проходе, прислонившись плечом к косяку, складываю руки на груди и жду ее вердикта.

– Яр, - зовет она тихо, не переставая гипнотизировать чайник. - Скажи, зачем ты приехал?

Как можно беспечнее пожимаю плечами, хотя внутри все сковывает ядовитыми шипами.

– Ну как я мог не проведать больную сестренку? - даже хмыкаю насмешливо, поражаясь собственному актерскому мастерству, от которого становится тошно.

– Знаешь, - Наташа продолжает говорить тихо и эмоционально отстраненно, игнорируя мои выпады, - когда мы с тобой познакомились… помнишь тот день? Конечно помнишь. Ты вез меня на своем мотоцикле через всю Москву, а я чувствовала себя самой счастливой. Ты будто дарил мне мир. Мир и самого себя.

Улыбка оседает вниз, притягивая уголки рта к самому дну. Каждое ее слово режет больнее ножа, и я больше не могу делать вид, что она мне безразлична."

"– Что же случилось с тобой потом, Ярослав?

Моя сводная сестра поворачивает голову и смотрит мокрыми от непролитых слез глазами. Делаю шаг вперед, хочется упасть к ней в ноги, целовать колени и молить о прощении, замаливать перед ней свои грехи, поклониться ей, как будто она - божество. Хочется собрать всю самую красивую музыку мира, сплести воедино и назвать ее именем.

Она для меня - единственная и неповторимая. Свет, тьма, правда и ложь, боль и наслаждение. Мой морок, бес, соблазн.

Она - моя сестра.

Делаю к ней шаг, но останавливаю себя. Пока ее алчная и лживая мать рушит мою единственную семью с родными родителями и пока месть ее матери стирает во мне все хорошее, нам не быть вместе.

– Я просто узнал, что женщина, разрушившая мою семью, твоя мать.