Я смутилась от такого его действия у всех на виду. Одни стали отворачиваться, сообразив, что цель уже занята, другие открыто продолжили за нами наблюдать.

— Да, — печально вздохнула я.

— Странно, не думал, что Винсент так поступит, — задумчиво проговорил возлюбленный. — Хочешь я с ним поговорю?

— Нет-нет, все в порядке! Не стоит, — попыталась его заверить, не решаясь сказать, что это всего-то на несколько дней.

— Пойдем, скоро начнется общее собрание, после которого распределят комнаты.

Говард забрал у меня сумку и, взяв за руку, повел по длинному коридору.

Мы очутились в большом зале, в котором уже начали собираться новоиспеченные адепты. Он посоветовал мне стать рядом с другими некромантами, а сам поторопился на занятия, которые у него должны были уже скоро начаться. Все друг на друга косились, пытаясь запомнить своих будущих одногруппников. Одной мне все было до магического фонаря.

Будущие преподаватели, одетые в мантии, собирались в отдельную кучку, поглядывая на нас. Кто-то смотрел интересом, а кто-то с грустью, понимая, что из года в год легче не становится.

Едва в зал вошел Винсент, как гул моментально затих.

Он был по-демоновски красив, и девушки, увидев его, издали томные вздохи. Я же с трудом сдержала недовольство и опустила глаза в пол, не желая встречаться с ним взглядом. Вот только ректор остановился прямо напротив меня и продолжал настойчиво сверлить взором до тех пор, пока я не подняла на него глаза. На волевом лице невозможно было прочесть ни единой эмоции, настолько он хорошо владел собой. Этому несомненно стоило позавидовать. Сегодня на нем был черный костюм, белоснежная рубашка и все те же золотые запонки. "

"— Здравствуйте! Я — лорд Винсент Эванс — ректор Высшей академии магии, — все тот же низкий баритон, вкрадывающийся в подсознание. — Ближайшие шесть лет вам предстоит учиться в этой академии. Правда, дойдут до выпуска лишь единицы. Изволили поступить, так извольте учиться. В академии существуют правила, которые необходимо соблюдать. В случае их нарушения назначается либо отработка, либо отчисление. Все зависит от степени тяжести вашей провинности, но не советую попадать в мой кабинет, — он что-то прошептал, а затем щелкнул пальцами, и у каждого из нас в руках оказалось по два листка: один — с правилами академии, второй — с номерами комнат.

Мне выпал счастливый — 505. И как это расценивать? — На сегодня все могут быть свободны. Только не забывайте, что отчисления я могу начать уже с сегодняшнего дня, поэтому не устраивайте беспорядков в общежитии, иначе уже завтра можете отправиться обратно домой, — затем снова щелкнул пальцами, и в руке появился третий листок — с расписанием занятий.