Вызовите кто-нибудь скорую для безумной! – теряя терпение, крикнул с перекошенным лицом Сергей. – Говорил тебе остаться дома, курица без мозгов, видеть тебя не могу, – он попытался оттолкнуть липнувшую к нему Ксюшу, но не смог, та практически повисла на нём.
– Серёжа, ты что такое говоришь? Ты готов отказаться от нашей любви и ребёнка ради Маринки? – крупные слёзы катились по красивому лицу.
– Какой Маринки? Ты совсем ничего не понимаешь? Ты своими руками сломала свою и мою жизнь, – его кулаки сжались, но он вновь сдержался.
Ксения с детства была моей лучшей подругой, можно сказать, что на одном горшке сидели, из одной тарелки ели, я ей доверяла все свои тайны.
Я сделала шаг назад, не понимая, когда они успели так «подружиться».
За мой позор и разбитую любовь хотелось наброситься с кулаками на самых любимых — жениха и подругу — но сдержалась. Наклонившись, скомкала шлейф и пожалела, что уступила уговорам мамы, она выбрала тяжёлое платье, в котором и не сбежать со своей же свадьбы.
«Доченька, пройдёт церемония, поменяешь наряд на более лёгкий, мы себе это можем позволить, а в этом будут невероятно красивые фотографии на память», – говорила мама.
Слёзы застилали глаза, а я улыбалась. Словно сквозь вату кричала Ксения, вываливая всё более шокирующие подробности грязного адюльтера."
"Оказалось, что Сергей навешал бедняжке на уши столько длинной лапши в виде обещаний, что она решила ждать, как верная жена. А обещания были весомые. И то, что, когда он достигнет места генерального директора, оказывается, мой здоровый и крепкий отец неожиданно отдаст ему своё место, а потом он, выкупив акции и став полным владельцем (кто бы дал, в тот момент горько усмехнулась я), развёлся бы со мной и женился на любимой Ксении.
– Ксюша, за что ты так со мной? – держа шлейф в руках, закричала что было сил.
Все резко замолчали, толпа немного расступилась.
– Доченька, не нервничай, главное, что сейчас, а не позже, – отец вынул из кармана телефон и отошёл к широкому окну, за ним мама.
– А что в тебе хорошего, кроме богатства? – Ксения рыдала, похоже, поняла, что наделала.









