Несмотря на мои попытки убедить ее, что хладнокровие Сэмюэля не имеет к ней никакого отношения, а просто он ведет себя как обычный идиот, я не была уверена, что мне удалось достучаться до Эммы. Как и Данило, она умела скрывать свои эмоции. Оставалось только надеяться, что Сэмюэль не облажается, как Данило… если только он уже не сделал этого. Я понятия не имела, что это, поскольку ни Эмма, ни он ничего не рассказывали о своих прошлых встречах.
В последующие дни Данило казался более решительным, чтобы стать ближе со мной, но также проявил удивительное терпение, когда я держала дистанцию. Он часто касался моей поясницы, когда вел меня куда-то, брал за руку или дарил один из тех долгих поцелуев, от которых мне хотелось отдаться ему. Я наслаждалась этими маленькими прикосновениями и чувствовала, что с каждым днем жажду большего. И все же держалась на расстоянии."
"Я немного расслабилась рядом с Данило и начала ориентироваться по поместью и Индианаполису. Моя первая встреча с жёнами Капитанов прошла на удивление хорошо, в основном благодаря матери Данило Аделине, и мое знакомство с руководителями благотворительного фонда для детей-инвалидов прошло с полным успехом. Я даже прекрасно ладила с прислугой в моем новом доме, хотя они все еще были сдержанны в своем общении со мной.
Единственное, что все еще омрачало мое счастье, была сдержанная вежливость между Данило и мной. Это было не то волнующее головокружение, о котором я мечтала, будучи новобрачной. На этот раз не Данило был ответственен за наши сдержанные встречи. Я могла бы сказать, что он хотел большей близости, потому что всегда касался меня и наклонялся достаточно близко, чтобы поговорить со мной, но он принимал мои границы.
Я разрывалась между благодарностью и нетерпением. Моя гордость удерживала меня от того, чтобы позволить ему больше, будто я должна была заставить его ждать намного дольше, чтобы компенсировать годы тоски, от которой страдала.
* * *Ругань Данило привлекла мое внимание, и я вышла из ванной своей старой спальни. Это был день свадьбы Эммы и Сэмюэля в Миннеаполисе. Мы с Данило прилетели только сегодня утром из-за поздней встречи, на которой Данило должен был присутствовать в Индианаполисе. Мы поселились у моих родителей, и было странно снова оказаться в своей детской комнате замужней девушкой с мужем. Хотя в комнате не было и намека на детство, я чувствовала себя так, словно меня катапультировали назад, к молодой «Я» в моем старом окружении.
Данило дергал себя за галстук, сердито глядя на свое отражение в моем туалетном столике. Ему пришлось слегка наклониться, чтобы видеть себя.
— Что случилось?
— Он кривой, — отрезал он.
Подняв брови, я подошла к нему.
