Если только он снова не…"
"Я тешу себя надеждами, что Краев дома или на работе. Что пытается отвлечься, листая журнал или книгу учета. Да просто спит, или лежит в ванной, бездумно размазывая капли по плитке.
Что угодно!
Но гудки в трубке откидывают меня обратно. К той самой ночи, когда наша сказка превратилась в дешевый фильм для взрослых.
После очередного сорвавшегося звонка, хочется бросить трубку об стену. Но я ловлю себя, стабилизирую, напоминая, что нельзя делать поспешных выводов и рубить с плеча. Хватит уже вспылила после Любы, так что теперь кровавые ошметки вместо души.
Держусь, цепляясь за логику и здравый смысл. Если я хочу…а я хочу попробовать, то сейчас самое время посадить своих демонов на цепь и начать прорабатывать собственную реакцию. Вспомнить о презумпции невиновности, о том, что не все на свете крутится вокруг желания совокупиться. И вокруг меня тоже не крутится. Он может быть просто занят.
Это все прекрасно, но, когда гудит сообщение, я сжимаюсь, вспоминая как в прошлый получила письмо счастья от Тимофеевой. Монотонный гул выбивает дробь на моих раскатанных до предела нервах.
Магазин Восьмерочка. Туалетная бумага за девяносто девять рублей.
Меня душит нервный смех, но я гашу его, прижимая кулак к губам.
Так нельзя. Я сорвусь. Мне нужна определенность. Именно сегодня. Сейчас! Потому что я на перепутье — отступить или двигаться вперед.
Мой личный рубеж. Рубикон. Я в ответе не только за себя, но и за сына, поэтому не могу болтаться в подвешенном состоянии.
Боже, как сложно…
Артем засыпает. Уложив его в кроватку, я опускаюсь на край дивана, обнимая себя руками. Потом вскакиваю. Делаю круг по комнате.
Мать права. У меня стресс, постродовая. Я не вытягиваю. Я в полном неадеквате.
Надо заняться собой. Потому что от моих нервов никому хорошо не будет.
Мне надо столько всего сделать. Я ощущаю в себе кипучую нездоровую энергию, и если не предприму никаких шагов — точно взорвусь.
Заставляю себя остановиться. Выдохнуть. Найти внутри себя клочок спокойствия и уцепиться за него руками-ногами.
Хватит грызть себя. Пора разбираться с проблемами.
Склонившись над сыном, аккуратно касаюсь губами пухлой щечки, потом через приложение вызываю такси, и пока оно карабкается по засыпанным улицам одеваюсь.
— Злат, ты куда? — обеспокоенно спрашивает мама, когда я полностью собранная на цыпочках выхожу в коридор и хватаю с полки шапку.
— Мне надо, — почти беззвучно, — посмотри пожалуйста за, Артемом.
— С Мишей хочешь увидеться?
Я мельком оборачиваюсь, киваю, стараясь держаться так, чтобы она не рассмотрела моей перекошенной физиономии.
— Вам нужно поговорить.
Для начала нужно его найти.
